Издательство «МИФ» выпустило на русском языке новую книгу Джима Коллинза «Как построить великую жизнь. Системное исследование кризисов, выбора пути и жизненных побед». Это исследование заняло десять лет. Опираясь на истории жизни 34 выдающихся людей — суфражисток, писателей, музыкантов, ученых, спортсменов и т. д. — Коллинз изучал, как кризисы, ситуации экзистенциального перелома, побуждали их заново переосмыслить прежние жизненные цели. Через кризисы мы больше узнаем себя.
Даже самые успешные люди могут погрузиться в глубокое смятение. Смятение — это не поражение. Это неотъемлемое следствие процесса жизни. Вопрос в том, как люди преодолели кризисные моменты и вышли из тумана неопределенности.
Джим Коллинз
Судьбы всех героев объединяет три составляющие.
- Они открывали через жизненный опыт и применяли свои врожденные способности. Коллинз называет их кодировками, они есть у каждого, вопрос лишь в том, какие кодировки вы откроете для себя и доверитесь ли вы им настолько, чтобы построить вокруг них всю свою жизнь.
- Видели в деньгах средство, а не самоцель. Каждый герой в какой-то момент жизни совершил переход от денег как результата своих усилий («Я тружусь, чтобы зарабатывать») к деньгам как ресурсу, необходимому для работы («Мне нужны деньги, чтобы заниматься тем, для чего я рожден».
- Направляли внутренний огонь на достижение цели, соответствующей своим врожденным склонностям.
Пользуясь аллегорией про лисицу и ежа, который знает всего один метод защиты, но верный, Коллинз отмечает, что всем героям удалось найти личного «ежа» — сферу деятельности, на которую они запрограммированы, занимаются ею не ради денег и при этом она разжигает внутренний огонь. Да еше какой! Грейс Хоппер, например, одна из первых программистов, оставалась на действительной службе в ВМФ до 79 лет, дослужившись до звания контр-адмирала.
«Ежи» могут быть серийными. Легендарный американский футболист Алан Пейдж, часто споривший на поле с арбитрами, стал в итоге знатоком права — судьей Верховного суда Миннесоты. В прощальной речи перед болельщиками 36-летний защитник цитировал «Улисса» Теннесона: «Я — часть всего, что повстречал в пути». Карьера Пейджа в НФЛ продлилась около 15 лет, а в суде он отработал почти четверть века. Так что в рамках одной жизни можно постоянно находить у себя новые кодировки — скрытые, пока обстоятельства не изменятся и не прольют на них свет.
С разрешения издательства мы публикуем отрывок из книги.
Выход за рамки и возврат к истокам
В начале исследования мне хотелось понять, как и почему некоторые люди всю жизнь сохраняют способность к внутреннему возрождению: излучают энтузиазм, осваивают новое и горят своим делом годами, даже десятками лет. Частично ответ кроется в цикле выхода за рамки и возвращения к истокам, независимо от сферы деятельности.
Роберт Плант не раз повторял этот цикл на протяжении музыкальной карьеры. Когда ему было уже за 50, он ехал по проселочной дороге глубокой ночью и услышал по радио Элисон Краусс — исполнительницу музыки блюграсс. Его друг писал: «Роберт съехал на обочину. Стояла прекрасная летняя ночь, вокруг — сельский пейзаж. Он прибавил громкость, вышел из машины и замер под звездами, слушая пение. Роберт словно услышал голос с другой планеты». Плант позвонил Краусс — это был первый шаг к сотрудничеству, которое впоследствии вылилось в полноценный альбом Raising Sand («Поднимая пыль»).
Плант не просто обратился к новому для себя жанру, но и впервые в карьере попробовал петь дуэтом. Плант размышлял: «Может ли старый пес научиться новым трюкам?» Сможет ли бывший фронтмен Led Zeppelin, которого называли «Золотым богом», соединить свой вокал с «ангельским», как он говорил, голосом Элисон? «Она мягко направляла меня, поскольку ей нравилось, как мы вместе звучим, — рассказывал Плант о работе с Краусс. — В итоге наши голоса отлично слились воедино, но для этого мне пришлось многому научиться». И Плант подвел такой итог превращению в участника дуэта: «И — вуаля! — я родился заново!»
Плант также обращался к собственным истокам, включая песни Led Zeppelin в совместный репертуар. Ярчайший тому пример — исполнение композиции Black Dog Плантом и Краусс на шоу кантри-музыки CMT Crossroads. Чтобы ощутить это в полной мере, сначала послушайте оригинальную версию Black Dog в исполнении Led Zeppelin: 22-летний Роберт Плант с ходу берет высокие ноты (Hey, hey, mama, said the way you move, gonna make you sweat, gonna make you groove), а затем звучат мощные гитарные аккорды Джимми Пейджа, плотная басовая партия Джона Пола Джонса и громоподобные барабаны Джона Бонэма, взрывающиеся чистой рок-энергией. А затем посмотрите версию с CMT Crossroads: Плант, которому вот-вот исполнится 60, но в котором по-прежнему кипит энергия, вместе с Краусс сливается в глубокое, резонирующее созвучие в той же композиции — медленное и мелодичное, манящее и выдержанное.
В сет-листах Планта, как в проектах с Краусс, так и в других составах, можно заметить, что он часто обращался к репертуару Led Zeppelin, но всегда в переработанном виде. Рассказывая о концерте с группой Strange Sensation, Плант подчеркивал, что исполнение старых хитов Zeppelin — это не ностальгия, а движение вперед: «Мы вставили в середину [песни Black Dog] фрагмент в венгерско-идишском стиле, я перешел на речитатив, затем — на манеру Моуза Эллисона, взял высокую ноту, а потом сменил направление и увел композицию совсем в другую сторону. Здорово, когда люди спрашивают: „Что это вообще было?“»
Принцип выхода за рамки с возвращением к истокам использовали не только люди искусства, но и представители других сфер деятельности. Джон Гленн реализовал эту стратегию в Сенате США: он вышел на новую арену деятельности, но двигал им давний интерес к общественной жизни. Еще более впечатляющим стало его возвращение к истокам, когда в возрасте за 70 он добровольно вызвался снова отправиться в космос! Барбара Такман вышла за рамки, занявшись изучением и описанием Китая XX века и Европы XIV века. И вернулась к истокам — к волновавшим ее на протяжении всей писательской карьеры раздумьям о природе человека. «Я переключилась на другую тему, но для меня интереснее всего поведение человека, а понять и описать его полнее можно, если рассматривать в различных обстоятельствах, — говорила Такман. — Так обнаруживается его неизменная, укорененная в природе человека составляющая, и становится понятно, как она проявляется в разные эпохи. Для меня это интереснее любого конкретного периода истории».
Джорджия Фронтьер далеко шагнула за рамки, став невероятно активной владелицей клуба НФЛ Rams, но вернулась к истокам карьеры, создав «Величайшее шоу на траве» со своей командой. Интерес к шоу-бизнесу зародился у Фронтьер еще в детстве: она пела в вокальном ансамбле вместе с матерью и мечтала выступать на европейской оперной сцене. Фронтьер вернулась к юношеской мечте, включив любимую команду в масштабное увлекательное шоу. Видимо, разжечь внутренний огонь, особенно в периоды застоя, можно, если поливать семена, посеянные в начале пути. Анализируя истории героев исследования, мы обнаружили много примеров таких «семян». В одних случаях они давали всходы и превращались в первого «ежа» (главное дело жизни). В других — оставались в состоянии покоя долгие годы или даже десятилетия и давали о себе знать на более позднем этапе жизни.
Вспомните, как Алан Пейдж, в детстве увлекавшийся сериалом про адвоката Перри Мейсона, много лет спустя ушел из футбола в юриспруденцию. Кэтрин Грэм тоже рано проявила интерес к газетному делу: в 20 с небольшим она писала о рынке труда для одного из таблоидов Сан-Франциско, а затем перешла в редакцию газеты своего отца — «Вашингтон пост». После брака с Филом Грэмом она перестала «поливать» эти ростки, и они замерли в ожидании, но в критический момент она вновь дала им жизнь. Возвращение к «семенам», посеянным в прошлом, но так и не проросшим, натолкнуло меня на размышления о том, как определить следующий этап жизни — тот, что будет питать внутренний огонь. Есть ли у вас «дремлющие семена» из прошлых лет, которые вы не поливали? Например, ваши интересы, которым вы еще не посвятили себя. Не таятся ли там подсказки, что делать дальше? Как полить эти семена и дать им возможность прорасти?
Составляющие вашего будущего, наполненного огнем и энергией, уже заложены в вас — в тех самых семенах интересов, которые вы когда-то закопали в землю.
Другой цвет пламени
Хотя огонь энтузиазма продолжал ярко пылать в душах наших героев, характер этого огня менялся любопытным образом: люди разрешали себе получать больше удовольствия. Под «удовольствием» я подразумеваю не отпуска и выходные. Нет, они находили больше радости в совершенствовании своего «ежа». Они откладывали выход на пенсию (по крайней мере, в традиционном понимании — ради праздного безделья). Они предпочитали получать удовольствие в «режиме ежа», влюбившись в сам процесс работы сильнее, чем когда-либо прежде. Перевалив далеко за середину своей долгой карьеры, Мерил Стрип сказала: «Я по-прежнему люблю актерское дело. Я люблю его. Люблю, люблю, люблю, люблю. Это по-прежнему — как ветер в волосах». Стрип не переставала вкладывать всю душу в блестящую игру. Однако при выборе ролей и проектов ориентировалась на свое удовольствие от процесса.
Главную роль в фильме «Примадонна» Стрип исполнила в 67 лет и назвала этот опыт «безусловно, одним из самых веселых в своей жизни», добавив, что удовольствие — это «чертовски веская причина» для выбора роли. Я понял кое-что важное об этом проекте и его роли в моей жизни. Я часто размышлял над тем, почему в 67 лет у меня, кажется, столько же энергии, сколько было в 37, — а может, и больше. Мне требуется меньше сна. Я чувствую себя собранным и готовым к действию, словно сжатая пружина. Мне не терпится встать в пять утра и с головой окунуться в новый день. Внутренний огонь горит ярче, чем когда-либо. На это влияет множество факторов, включая состояние здоровья, с чем мне до сих пор везло. Но теперь я вижу, что огромную роль играет суть этого проекта, ставшего для меня сплавом двух начал: выхода за рамки и возвращения к истокам.
Взявшись за новую тему на этом этапе жизни, переключившись с анализа механизмов успеха великих компаний на изучение историй отдельных людей и того, что движет их жизнью, я, безусловно, выхожу за рамки привычного. В то же время возвращаюсь к истокам, к тем моделям деятельности, которые я открыл в себе много лет назад. В частности, это моя тяга к масштабным исследовательским проектам. Я прохожу путь от хаоса к стройной концепции, а затем описываю ее и делюсь тем, что удалось узнать. Меня заряжает открытие новых граней собственной личности и то, как глубоко исследование влияет на меня самого. Такой же прилив энергии дает обращение к давно открытым интересам и кодировкам, вновь пробуждая их к жизни.
Попутно произошло еще одно замечательное событие: я стал получать больше удовольствия от работы. Приближаясь к 70-летию, я работаю усерднее и с большим наслаждением. И во многом это основано на чистой, неподдельной радости от чередования движения за рамки и возвращения к истокам. Кажется, будто цвет моего внутреннего огня изменился. В юности, когда я был напуган, оставшись без отца, и искал свой путь в мире, я описывал внутренний стимул как раскаленные угли, пылающие в животе. Казалось, мной двигала чистая ярость, заставлявшая выживать и добиваться успеха. Я усердно учился — не потому, что мне это нравилось, а потому, что так или иначе должен был вырваться из той среды, откуда вышел, и доказать свою состоятельность.
С годами, обретая все большую уверенность в завтрашнем дне, я понял, что мне больше не нужны эти обжигающие угли ярости, и надеялся, что они наконец остынут. Но произошло неожиданное. Огонь не угас и не исчез. Он разгорелся еще сильнее, но стал ощущаться иначе. На смену глубоким оттенкам красного и оранжевого пришли желтый и зеленый. Если раньше огонь причинял почти физическую боль, то теперь он превратился в ровное, согревающее сияние. Многие мои однокурсники уже вышли на пенсию, а я чувствую, что для меня все только начинается. Зачем останавливаться, когда впереди столько возможностей насладиться циклом движения вперед и возвращения к истокам и это приносит столько радости?
