КАК-ТО ЛЕТОМ ЗА ГОРОДОМ во время пикника мы поспорили с одним приятелем по поводу господина Н. — известного человека, владельца большой компании, почти олигарха. Разногласия вызвал вопрос: хороший Н. работодатель или скверный? «Представляешь, этой зимой он вывез всех корпоративных девушек за свой счет в Швейцарию — кататься на лыжах», — выдвинул аргумент в пользу Н. мой собеседник. Поступок, безусловно неординарный, но я не могла разделить восхищения приятеля — на это у меня были по крайней мере две причины. Во-первых, я уверена, что такая жирная подачка никогда не обходится даром, рано или поздно «благодетель» потребует компенсации за свою щедрость в той или иной форме. А во-вторых, что гораздо важнее, подобное бесцеремонное вторжение в личное пространство сотрудника, в его прайвеси, просто отвратительно. Если человек заработал поощрение, дайте ему премию и пусть он сам решает, куда ехать — в Швейцарию с коллегами, в Тоскану с любимым человеком или в Суздаль с компанией друзей. А вот навязывать сотрудникам даже самый лучший отдых по собственному выбору — значит переоценивать свою роль в их жизни. Вести себя по-отечески со взрослыми людьми ненормально. Полагаю, что в случае с Н. налицо первые признаки недуга под названием «неадекватность руководителя». Дальше аномалия будет нарастать и может обернуться лидерским безумием — запредельным нарциссизмом, безудержной паранойей или тотальной мизантропией.
Говоря о сумасшествии неадекватного руководителя, мы, конечно, преувеличиваем, — с медицинской точки зрения он вполне здоров, однако нормальным его тоже не назовешь: он так ведет себя, что с ним невозможно и не хочется иметь дело. Но и самому «больному» не позавидуешь: постепенно он теряет друзей и любимых людей, коррозия начинает разъедать его дело, а в финале героя ждет одиночество и жестокое разочарование.
Мы уже поднимали тему «свихнувшихся» лидеров на страницах «Harvard Business Review — Россия», в марте была опубликована статья «Тем больнее будет падать» Родерика Креймера. В этом номере к разговору подключаются российские психологи Марина Мелия и Андрей Копьев. В статье «Не дай мне бог сойти с ума» они анализируют феномен, делая акцент на российской специфике. У нас в стране «недомогание» осложняет так называемый синдром «кессонной болезни» — стремительно поднявшись наверх, люди не успевают личностно дозреть до нового уровня власти и возможностей, а образцов для подражания — увы — нет.
При этом само общество подталкивает людей к «безумию». Эгоизм и алчность выгодны социуму, во всяком случае на коротком отрезке пути — они побуждают лидера ставить амбициозные цели и достигать их. Рыночное общество формирует людей с рыночными характерами. «Цель рыночного характера — полнейшая адаптация, чтобы быть нужным, сохранить спрос на себя при всех условиях, складывающихся на рынке личностей», — писал в своей книге «Иметь или быть» известный американский психоаналитик и социолог Эрих Фромм. Такая адаптация приводит к тому, что человек теряет себя, свою уникальность — он перестает задаваться вопросами типа: кто я?, зачем живу?, что такое хорошо?, что такое плохо? — он становится частью корпоративной системы. «У людей с рыночным характером нет иных целей, кроме постоянного движения, выполнения дел с максимальной эффективностью, и если спросить их, почему они должны двигаться с такой скоростью, почему они стремятся к наибольшей эффективности, то на этот вопрос у них нет настоящего ответа, они предпочитают лишь рационализации типа «Чтобы было больше рабочих мест» или «В целях постоянного расширения компании», — развивает дальше автор эту тему. Ну а без чувства собственной идентичности очень легко сойти с ума.
