«Лидер — это тот, кто не лебезит перед авторитетами»: интервью с
Алексеем Смертиным

​Алексей Смертин — бывший капитан национальной сборной России, играл за «Локомотив», «Бордо» и «Челси». В составе «Челси» он стал чемпионом Англии в сезоне 2004/2005, а также обладателем Кубка лиги Франции с «Бордо» и Кубка России с «Локомотивом». На международной арене Смертин провел 55 матчей за сборную России, включая участие в чемпионате мира 2002 года и чемпионате Европы 2004 года.

После завершения футбольной карьеры Смертин активно занимается социальной работой. Он возглавляет департамент устойчивого развития и социальной ответственности Российского футбольного союза (РФС), где курирует проекты по инклюзии, борьбе с дискриминацией и продвижению экологических инициатив через футбол.​ Кроме того, как приглашенный преподаватель выступает в Школе управления «Сколково», где делится опытом лидерства и командной работы, приобретенным в профессиональном спорте.

Со спортом Смертин не завязал — увлекается марафонами и ультрамарафонами. Участие во всех шести марафонах серии World Marathon Majors позволило футболисту получить медаль Six Star Finisher.​ В 2025 году он успешно преодолел ультрамарафон в пустыне Сахара, пробежав 252 километра за 33 часа 47 минут и заняв 118-е место среди почти тысячи участников.

«Большие идеи» поговорили с Алексеем Смертиным о том, чему руководители в бизнесе могут научиться у профессиональных спортсменов и как преодоление ​себя формирует истинных лидеров.

Чем вас привлек марафон в Сахаре?

Он называется Marathon des Sables — красивое название, Марокко ведь было французской колонией. Организовал этот марафон француз, который сам прошел около 350 километров за восемь-девять дней и решил создать забег для таких же сумасшедших. Формально это не марафон, а многодневка. Преодоление, а не просто бег: все, что тебе нужно, тащишь в рюкзаке на себе.

Marathon des Sables / Фото: Из личного архива

Сколько времени у вас заняло преодоление Сахарского марафона?

33 часа 47 минут. Гонка длится семь дней, состоит из шести этапов. Один из этапов — 82 километра. На его прохождение дается 84 часа, кто-то идет с ночевками. Я пробежал за 12 часов 20 минут и на следующий день отдыхал. В общей сложности — 252 километра.

Зачем вам это? Зачем взрослому, успешному человеку тратить на это силы?

Это философский вопрос. Зачем вообще жить? Есть такая работа — жизнь, как пел Александр Башлачев. Хочется жить ее с удовольствием. Мне повезло: с детства я обожал мяч, любил то, чем занимался. И всю жизнь иду с этой любовью. Поэтому никто меня не заставлял — это дорогое удовольствие и серьезное испытание для организма. Я сам хотел этого. Уже будучи марафонцем, прочитал статью о Луисе Энрике — игроке «Барселоны», а ныне тренере «Пари Сен-Жермен» и одном из самых известных футболистов-марафонцев. Хотя карьеру футболиста я на тот момент уже закончил, у меня был, без ложной скромности, стальной стержень и крепкая внутренняя основа. И я решил: раз такие люди бегают — я тоже смогу.

Я всегда любил бегать, утруждать себя, проявлять лидерские качества. Лидировать для меня — значит быть несгибаемым. Это качество я шлифовал в футболе, где бег — основа игры. Но футболисты всегда думают об игре: как отобрать мяч, забить. А в беге голова свободная. Самый трудный собеседник — это ты сам. Бег — это медитация. Много идей, связанных с устойчивым развитием и социальной работой, пришли мне именно «на бегу».

Какие виды спорта, индивидуальные или командные, лучше помогают развить лидерские качества?

С индивидуальными проще. Если с детства не выработал требовательность к себе, командный спорт может развращать: соблазн переложить ответственность на других велик. Но если научился спрашивать с себя — даже за чужие ошибки, — это выводит на другой уровень ответственности. Так я и жил в футболе: команда проиграла — значит, я проиграл.

В индивидуальном спорте ответственность абсолютная: все зависит только от тебя. В командных — проявляется лидерство в борьбе: физическое соперничество, постоянные решения в игре. И не тренер руководит процессом, а сами игроки, особенно капитан. Так оттачивается операционное управление, проявляются лидерские качества — в реальных, сложных, часто стрессовых условиях.

Фото: Из личного архива

В интервью «Сколково» вы говорили, что лидера можно увидеть прямо на поле. Как его разглядеть в бизнесе?

Очень просто: быстрое принятие решений и готовность брать ответственность. Не каждый на это способен. Как Бродский сказал: «Я — сумма не намерений, а поступков». Эффективность — это действие. Спорт — это действие. Если начинаешь сомневаться — ты уже не лидер, лидер реагирует моментально. И лидерские качества проявляются только в сложной ситуации. Когда все хорошо, ширма мешает увидеть настоящего человека.

У меня много друзей в бизнесе. Например, Антон Долгов из 1С. Он безумный: пробежал Байкал, Сахару, Оймякон в 50 лет. На Горном Алтае он проверял двух своих замов: один, на кого ставил в офисе, сплоховал в горах, а другой проявил себя. И Долгов оставил второго.

Лидерами рождаются или становятся? Любой ли человек может развить лидерские качества?

Я считаю, что любой может. Лидерские качества — это приобретенное. Я не был лидером в детстве, и лидерские качества начали проявляться только лет с 17, когда добился первых маленьких успехов. А вот Андрей Аршавин (бывший капитан сборной России — БИ) был прирожденным лидером. Может, в быту его высокомерие кому-то не нравилось, но на поле оно работало на победу. Лидер — это тот, кто не лебезит перед авторитетами. Аршавин выходил на поле — и ему было все равно, против кого играть.

В какой момент вы поняли, что вы лидер?

В 17 лет, когда впервые вышел за «Динамо Барнаул». Всегда мечтал попасть туда, но стеснялся и был закомплексован. А как только вышел на поле и получил мяч от тех самых «дяденек», на которых раньше смотрел снизу вверх, все изменилось. Они стали партнерами, а не авторитетами.

Алексей Смертин в «Бордо» / Фото: Bordeaux

Как лидеру в сложных ситуациях сохранять мотивацию и продолжать двигаться вперед?

В критических ситуациях лидерство и проявляется — иначе как? (смеется). Главное — голод. Но не финансовый: к деньгам быстро привыкаешь, как и к зрителям. На самом деле, если у тебя есть внутренний настрой, тебе все равно — болеют за тебя или против. Важно, чтобы внутри была потребность — быть лучше, быстрее, сильнее. Даже если никто не заметил, ты сам знаешь.

Очень важна саморефлексия. В Англии этому особенно учат: после матча разборов нет — ты сам анализируешь свою игру. Ошибки неизбежны, вопрос не в них. Главное — испытать стыд за слабые моменты, прочувствовать это состояние и сделать все, чтобы их не повторить.

Как формируется авторитет лидера в команде?

Очень быстро. Одно-два действия в сложной ситуации — и партнеры сразу считывают: вот он, лидер. Недавно играл в футбол с людьми, очень значимыми для страны. Компетенция у них другая, в футболе — любители. Мы начали проигрывать, я взял на себя инициативу. И я видел, как меняется их отношение: сначала человек сомневался, а потом отдавал пас, зная, что у меня получится. Даже люди высокого уровня на поле начинают признавать лидерство того, кто компетентнее здесь и сейчас.

Как найти баланс между тем, чтобы быть первым и при этом слышать свою команду?

С детства у меня фраза от отца: «Самореализация через командные действия». Один в футболе (и в бизнесе) не выиграешь. Даже если ты талант, все решает команда. Ты осознаешь: в одиночку ты эффектный, но неэффективный. Даже если техничный, как Месси, обыграть всю команду не сможешь. Поэтому важны своевременные передачи, комбинации. Все, что приносит общий результат, работает и на тебя. Через партнерство ты достигаешь большего.

Какой, по вашему опыту, для лидера самый главный искус? О чем нужно помнить, чтобы не потерять адекватность?

Вы правы, это случается, и в футболе тоже. «Ловят корону» — мы так говорим. Иначе говоря, не могут пройти проверку «медными трубами». Тут очень важен менеджер или тренер, который видит это со стороны и может направить. Лидер знает свою значимость, приносит результат, ведет себя соответствующе — проявляются тщеславие, гордыня. С ним сложно: уберешь такого — команда может потерять результат. Это люди тонкой настройки, и поэтому в футболе хороший тренер — всегда психолог. Он понимает вибрации внутри команды, особенно у лидеров.

Вы защитили диссертацию по психологии, еще будучи футболистом. Что это вам дало?

Еще играя в футбол, я понимал, что карьера скоро закончится. Я понимал: нужно расти горизонтально. Футбольная карьера — это вертикаль, а горизонталь — это скиллы, знания, образование. После окончания карьеры пошел получать второе высшее в Сибирской академии госслужбы (сейчас РАНХиГС) по госуправлению.
Параллельно я учился по программе УЕФА — MIP (Masters for International Players) — для топ-игроков, которые хотели стать тренерами или спортивными руководителями. Моя диссертация посвящена теме социальной ответственности лидеров в спорте — насколько они ответственны за действия подопечных и болельщиков.

Вы по-прежнему сотрудничаете с РФС?

Я возглавляю там департамент устойчивого развития и социальной ответственности. К этому шел долго: убеждал, что футбол — это не только спорт, но и социальный феномен. Мой главный проект в РФС — «Стальная воля», объединяющий 700 участников с разными видами и стадиями инвалидности. Они собираются и играют в футбол минимум четыре раз в год, для них это не просто тренировки — это смысл жизни. И да, «Стальная воля» действительно флагманский проект. Аналогов в мире нет — в УЕФА даже рядом ничего подобного. Марафон в Сахаре я бежал в футболке, на которой было написано их наставление «Дави на пульт, а ноги сами побегут». Это дало мне мощный заряд поддержки — люди очень сильные, со стальным характером, почему мы и назвали проект «Стальная воля».

Как началось ваше сотрудничество со «Сколково»?

Со «Сколково» я сотрудничаю давно, еще с конца 2000-х. Там я выступаю по четырем темам — лидерство, командообразование, мотивация и целеполагание.

Причем я не говорю о футболе как об игре — использую его как инструмент. Моя задача — перекидывать мостики с футбольного поля в бизнесовую плоскость. Это востребовано, потому что продукт практический и уникальный. Люди устали от теорий, а здесь — реальный опыт.
Плюс я сам развиваюсь: когда выступаешь перед сильными людьми, учишься «об них». У нас формат: теория, потом футбол, потом рефлексия. И после общения в раздевалке я всегда собираю обратную связь, чтобы продукт становился лучше.

Часто слышу, что людям нравится искренность, практическая польза и тот факт, что все это можно применять в бизнесе.

Алексей Смертин читает лекции по программе «Футбольный менеджмент» / Фото: Vladimir Sergeev / The Football Union of Russia

В интервью вы не раз говорили, что вам близка философия стоицизма. Как появился интерес к нему в вашей жизни и как вы его применяете?

Больше десяти лет назад товарищ подарил мне «Нравственные письма к Луцилию» Сенеки. Я обалдел от первой главы про время — что мы его напрасно тратим. Эта тема мне близка, как и Бродскому — Хронос важен. Вот вы сейчас задали вопрос — а он уже в прошлом! (смеется)

Перечитывал Сенеку с карандашом в руках, отмечал важное. Постепенно понял: мои принципы давно ложились на стоицизм: жить в моменте, не переживать за то, что еще не наступило. Англия в футболе научила переключаться: есть 90 минут — все, вы все зажаты временным слотом.

Стоицизм учит разделять: что в твоей власти, а что нет. На поле —  паши землю как можешь, а взойдут ли ростки — уже не твоя забота. Мне это очень откликается.
И еще — Марк Аврелий: если ты не помог другому, день прожит зря. Это во мне живет. Сейчас я работаю в устойчивом развитии РФС — вовлекаю людей с инвалидностью в футбол. Это не работа, это миссия. Стоицизм — про подлинное надлежащее: поступки от сердца, не ради денег или статуса.