Карьера из главы производственного блока в кресло генерального директора — очень распространенная практика на глобальных рынках. Директор по производству действительно является заманчивой кандидатурой на высшее место в корпоративной управленческой иерархии, но иногда это и достаточно рискованный выбор. Все зависит от кандидата, сферы бизнеса компании, ее ситуации и целей.
По данным Elton Brige Partners, путь из «производственников» и операционных директоров на первую роль в компании прошла почти четверть всех мировых CEO. В Советском Союзе, родом из которого современная отечественная экономика, эти цифры были еще выше. Считалось, что именно «от станка» в директорские кабинеты заводов и фабрик приходят самые лучшие лидеры. Наиболее типичные руководители советской экономики вырастали до высшей директорской должности с младших рабочих позиций. Логика железная: человеку, который разбирается в секретах производственного процесса, естественно завершить карьеру на самом верху управленческой пирамиды.
Естественно, большинство первых капитанов российского бизнеса из корпуса «красных директоров» были родом из производственного блока. И тут их настигали проблемы. Они хорошо разбирались в том, как создается товар, но оптимизация, сбыт, маркетинг, конкуренция были для них terra incognita. Когда экономика перешла в бизнес-режим, то люди производственного трека начали массово терять позиции, перестав быть актуальным выбором – их места активно занимали претенденты, которые, в отличие от производственников, умели обучаться новому на ходу. Тем не менее понимание технологий выпуска в новой России бизнесу были по-прежнему необходимы, поэтому «производственники» оказались на развилке из трех дорог. Одни уходили на госслужбу, другие опускались на уровень ниже, в главные технологи или директора по производству, а те, кто сумел адаптироваться к бизнес-реалиям – шли вверх, в генеральные директора и акционеры, чему немало примеров. Это президент и главный акционер «Лукойла» Вагит Алекперов, начавший карьеру с оператора по добыче нефти и газа, и глава «Сургутнефтегаза» Владимир Богданов — в далеком прошлом инженер этой же компании, и генеральный директор «Роснефти» Сергей Богданчиков, начинавший оператором подземного ремонта скважин.
В целом сейчас в крупнейшем российском бизнесе примерно каждый пятый CEO является выходцем из производственно-операционного блока. Согласно свежему аналитическому исследованию SQN «Российский индекс CEO», 18% действующих генеральных пришли в функцию непосредственно из производства или операций.
Лидеры с ограничениями
Это не случайно: их сильная сторона — лидерство. Выходцы с производственных должностей нацелены на выращивание если не поколений и династий, то на развитие специалистов с низких и средних позиций наверх. Мой личный опыт работы с «производственниками» высокого полета это подтверждает. Вокруг таких людей всегда есть школа, последователи. Первое лицо компании, прошедшее производственную лестницу снизу доверху — это человек с крепкой, лояльной, проверенной конкурентными и внутренними конфликтами боевой командой, богатым опытом кросс-взаимодействия с руководителями первого эшелона.
Тем не менее здесь и сейчас «производственники» сильно отстают в спросе на первых лиц корпораций от финансистов или коммерческих директоров. Причина в хронических проблемах, типичных для подобного кандидата. В числе «производственных рисков», например, финансы: запросы директора по производству обычно превышают лимиты, а оптимизация затрат редко оказывается сильной стороной. Равно как ИТ-компетенции, HR и креатив, которые, как правило, жестко локализованы сферой создания продукта. В кризис «производственники» тоже не чувствует себя как рыба в воде: производство и кризис — антитезы, цель директоров по производственным процессам — предугадывать и предупреждать проблемы в организации, но не более того. «Производственник» — он про стабильность, а не про перемены и неопределенность.
Одним словом, существование в рамках производственного периметра — и сила, и слабость. Здорово, что у тебя есть фокус и экспертиза в важнейшем направлении бизнеса, но ограниченность — весомый недостаток. Хотя производственный директор всегда находится в центре организации, на перекрестке ключевых процессов компании, чаще всего он замкнут в «своем кругу» из главных инженеров, энергетиков, технологов и иных узких специалистов. Его задача, если он хочет расти — выйти из «круга».
Построй самого себя
Первая и основная задача по дороге директора по производству к вершине — обретение системного мышления, расширение профессионального кругозора. Надо больше интересоваться смежными направлениями. Не бояться смены отраслей. Загружать в себя компетенции и навыки, далекие от основной сферы. Добиваться участия в консультационных комитетах и советах директоров. Чтобы стать реальным кандидатом на место CEO, «производственнику» нужны полноценные «курсы молодого бойца», описывающие весь бизнес компании с точки зрения взаимодействия между общекорпоративными функциями. Только «достроив» себя по максимуму, он получает перед коллегами преимущество, ведь за его плечами доскональное знание продукта.
Операционный директор — псевдоним «производственника эпохи цифровизации», который отвечает за бесперебойное функционирование бизнес-механизма не только в традиционных отраслях экономики. Аэропорты и логистика, сервисы доставки и ИТ-экосистемы вывели в центры управления тех, кто добавил в своим производственным и продуктовым компетенциям креатив, инновационность, уникальный взгляд. Развив и расширив набор навыков, генеральными директорами в Apple стал операционный директор Тим Кук и Антон Байцур с аналогичной должности в российском Aviasales.
Эволюция, а не революция
Постоянный, но довольно узкий секторальный или ситуативный спрос — удел директора по производству, мечтающего стать CEO. Он во все времена отчетливо виден в консервативных отраслях, таких как металлургия, энергетика, добыча и переработка. Подтверждения тому — Павел Маринычев, ставший гендиректором АЛРОСА с поста главы одного из производственных активов компании, и Павел Шиляев, избранный в 2014 году генеральным директором ММК с позиции заместителя гендиректора. Схожую траекторию прошел и Константин Глобенко, в 2025 году возглавивший Русскую рыбопромышленную компанию с поста ее операционного директора.
Назначение «производственника» на первую роль чаще всего говорит о том, что акционеры одобряют путь, по которому компания идет, и что ей необходимо расширение бизнеса, его масштабирование.
Поэтому обычно при назначении генеральным директором человека из производства в компании не происходит резких изменений, производственный директор у руля — знак поступательного развития. В ситуации, когда компании нужно «держать позицию», люди из производственного блока действительно являются лучшим выбором. Если ресурсы на инвестиции ограничены, а средств хватает лишь на обеспечение текущего функционирования предприятия, то лидер производства — идеальный руководитель.
Во всех остальных случаях все зависит от кандидата и его готовности совершенствоваться. Длинный список ограничений, дающий мало шансов забраться на самый верх корпоративного управления, требует упорной работы над собой. Производство в бизнесе — сложнейшая тема: слава и почет тем, кто чувствует себя в ней как дома. Но функция коварна, она нагружена огромным числом связей, знаний и ответственности, за границу которых необходимо выйти.
