«Должниками проще управлять» | Большие Идеи

・ Феномены

«Должниками
проще управлять»

Почему люди берут кредиты, вернуть которые они не в состоянии

Автор: Анна Натитник

«Должниками проще управлять»
Фото: Роберт Юсупов

читайте также

Как не сходить с ума на работе: опыт компании Basecamp

Джейсон Фрайд,  Дэвид Хайнемайер Хенссон

Как конкурировать со всем миром

Дмитрий Изместьев

Препарируем вознаграждение гендиректора

Котари П. С.,  Роберт Позен

Снимайте шоры

Бейзерман Макс,  Чуг Долли

Сегодня люди настолько глубоко включены в кредитные отношения, что зачастую не осознают себя заемщиками. Между тем, по разным оценкам, кредитами в России пользуется до 60% экономически активного населения. Как ни парадоксально, одна из причин закредитованности — обостренное чувство ответственности. К такому выводу пришли авторы исследования «Жизнь в долг». С одним из них — кандидатом философских наук, старшим научным сотрудником Лаборатории экономико-социологических исследований ВШЭ и Лаборатории социологии религии ПСТГУ Григорием Юдиным — поговорил «HBR — Россия». 

HBR — Россия: Хотя кредиты пришли в Россию не так давно, мы уже не представляем себе жизни без помощи банков. Чем это объясняется?

Юдин: Главная причина — атомизация общества. У людей мало связей, коммуникация затруднена даже на уровне семьи. Нередко жена решает взять кредит, чтобы показать мужу, что не зависит от него: если муж отказывается покупать новую стиральную машину, она идет в банк. Такой шаг не только отражает плохие отношения в семье, но и ухудшает их. То же с детьми: когда они просят дорогую игрушку, родители, вместо того чтобы объяснять, почему не каждая потребность должна быть немедленно удовлетворена, берут кредит: так проще. Это проблема коммуникации.

Некоторое время назад Лаборатория социологии религии ПСТГУ провела исследование долговой морали: мы взяли 106 глубинных интервью в восьми российских городах разного размера. В результате выяснилось: закредитованность во многом связана со склонностью полагаться только на себя и нежеланием искать совета и поддержки. И чем глубже человек увязает в кредитах, тем труднее ему обратиться за помощью. Респонденты, которым приходилось перекредитовываться, чтобы отдать старые долги, рассказывали об ощущении сужающегося тоннеля. В какой-то момент они переставали видеть, что есть люди, которые могли бы их поддержать, и до конца отказывались просить помощи у окружающих. В России все больше связанных с кредитами историй, которые заканчиваются тем, что люди выбрасываются из окна, — а потом выясняется, что их семья ничего не знала о долгах.

Традиция не брать в долг у друзей кажется давней — об этом свидетельствуют пословицы и поговорки с общим смыслом «В долг давать — дружбу терять». Что за ними стоит?

Представление о том, что долговые отношения не могут быть дружескими и не могут символизировать поддержку. В России долг — это почти всегда коммерческие отношения, а в них лучше входить с чужаками. Люди берут кредит, чтобы не брать в долг: они боятся попасть в зависимость от близкого человека и тем самым разрушить с ним отношения и оказаться в психологически подчиненном состоянии. С банком такого не происходит: мы с ним в формальных отношениях и не чувствуем личных обязательств.

На какие цели люди обычно берут кредиты в России и на Западе?

В России около половины — и по числу выдач, и по объемам — приходится на потребительское кредитование, то есть на товары длительного пользования (хотя это могут быть и «свадебные кредиты», кредиты на ремонт и отпуск). На автомобили и кредитные карты приходится меньше. В последние годы растет сегмент микрофинансового кредитования («деньги до получки»): это уже около 10% всех заемщиков и около четверти всех выдач.

Традиционно в более богатых странах выше доля ипотечного кредитования, поскольку, во-первых, другие товары доступны без привлечения заемных средств, а во-вторых, ипотечные ставки ниже и более стабильны. В США доля ипотечных кредитов — около 70%. В России ипотека составляет около одной пятой общего объема кредитования (однако в структуре задолженности ее вес гораздо выше). Однако в России есть культурная особенность — у нас считается недостойным жить в арендованных квартирах. Это отражается на семейных стратегиях: супруги полагают свой долг выполненным, когда обеспечивают жильем всех своих детей. Так устроено не везде: во многих странах люди всю жизнь снимают жилье и не видят в этом проблемы. В России это признак неудачника. Из-за этого рынок ипотечного кредитования становится морально нагруженным: взять ипотеку — не просто финансовое решение, а испытание на прочность.

Почему люди берут деньги на зачастую ненужные вещи? Так проявляется стремление к лучшей жизни?

Россия — страна чудовищного неравенства. Как показало исследование Crédit Suisse, проведенное год назад, по этому показателю мы в числе мировых лидеров: 77% всего богатства приходится на 10% элиты, а 56% принадлежит одному проценту самых богатых. Такой разрыв невозможно оправдать: у нас не кастовое общество. Вся Россия с удивлением смотрит на Москву: с какой стати этот город находится в настолько привилегированном положении? Люди хотят потреблять так же, как в Москве, но не имеют финансовых возможностей. Однако и в самой Москве гигантское расслоение: в столице живет элита, которая бесконечно богаче рядовых москвичей. Это вызывает у людей ощущение собственной неполноценности. Чтобы его заглушить, они берут кредиты и покупают то, что символизирует для них достойную жизнь. Вещи нужны не столько из-за их потребительских свойств, сколько для того, чтобы почувствовать себя человеком. Кредит — способ избавиться от депривации.

Кредиты, с одной стороны, позволяют людям жить лучше, а с другой — нередко ломают жизни. Как обезопасить себя от деструктивных последствий кредитных отношений?

Один из наших основных выводов: лучше всего защищены те, кто не избегает коммуникации, — кто умеет дружить, выстраивать партнерские отношения и является членом каких-либо плотных коллективов. Надо окружать себя людьми, с которыми можешь о чем-то договариваться, советоваться, нужно встраиваться в сообщества, в которых можешь кому-то помогать и пользоваться помощью — как моральной, так и материальной. Это может быть крепкая семья (те, кто чувствует поддержку родных, реже принимают необдуманные решения и берут «истерические» кредиты), сильная религиозная община (сегодня это фактически единственная форма коллективной жизни, доступная на всей территории страны), локальные сообщества и т. д. Если люди не живут изолированной жизнью, а включены в сеть, их поведение становится более ответственным.

Сообщества влияют на людей сильнее, чем кредитные организации?

К сожалению, нет. Сообщество само по себе не может конкурировать даже с микрофинансовой или микрокредитной организацией, за которой обычно стоит гигантский банк. В некоторых странах агрессивные системы кредитования разрушали социальную структуру. Известный пример — Бангладеш. В 1983 году там был учрежден банк Grameen, проект микрокредитования в сельских районах. Долгое время это считалось историей успеха, а его основатель Мухаммад Юнус даже получил в 2006 году Нобелевскую премию мира. Сегодня, однако, антропологи указывают на то, что гигантская клиентура банка стала полностью зависимой от него и его схем перекредитования. Место односельчан, родственников и друзей в жизни людей занял кредитный банк — он выкачивает из местных сообществ все больше ресурсов.

Наше исследование частично проходило в малых городах — там, где существовало более или менее плотное сообщество и сохранялись институты взаимной помощи. Сделав два замера с разницей в четыре года, мы увидели: когда туда пришли микрофинансовые организации, сообщества стали на глазах разваливаться. Если раньше аппетиты приходилось согласовывать со своим социальным окружением, то теперь достаточно пойти и взять кредит: ты не обязан ни перед кем отчитываться. Люди перестали зависеть от окружающих. Это дает больше свободы, но в то же время для тех, кто привык к поддержке и социальному контролю, это большая проблема.

Кредитование, с одной стороны, базируется на атомизации общества, а с другой — повышает ее. Это самоподдерживающийся процесс, который идет по всему миру.

Каждый раз, когда человек не возвращает кредит, его обвиняют в безответственности: как можно брать в долг, если не в состоянии отдать?! Справедливы ли такие обвинения?