Александр Васильев: «Мода не может быть повседневной» | Большие Идеи
Дело жизни

Александр Васильев: «Мода не может быть повседневной»

Анна Натитник
Александр Васильев: «Мода не может быть повседневной»

Александр Васильев — человек, который знает о моде все. Историк моды, преподаватель, телеведущий, театральный художник, оформивший более 120 спектаклей в разных странах мира, обладатель уникальной коллекции одежды, в которую входит около 55 тысяч экспонатов, он называет моду коллективным сумасшествием и скептически относится к русскому вкусу.

HBR: Что такое мода?

Васильев: Мода — это всегда отражение эпохи и коллективное сумасшествие: люди верят, что надо все время меняться. Обывателям кажется, что мода — праздник для девочек, повод красиво одеться. Однако мода — это не только одежда, это манера жить. Она затрагивает интерьер, имя, диету, методы лечения, место отдыха, породу собак.

Что влияет на становление моды?

Всегда одно и то же: политика, экономика, культура и религия.

Каким образом?

Когда опускается железный занавес, страна закрывается от внешнего влияния. Так было, скажем, в СССР, в Северной Корее, в гитлеровской Германии. Когда господствует национализм, люди стремятся одеваться в отечественную одежду. Сейчас в России очень популярны национальные дизайнеры: наши, мол, не хуже западных. Но у нас нет своих тканей, все привозные. Мы выпускаем вафельные и махровые полотенца, больничную байку, медицинскую марлю, палаточный брезент — но из них нельзя шить модную одежду. Любой финансовый кризис бьет по моде, потому что мода — это роскошь и первое, в чем себе отказывают, — светлые ткани, богатые отделки.

Люди начинают носить скромную неяркую одежду, одеваться, что называется, практично и удобно. Символ кризиса — черный цвет: он менее маркий, черную одежду можно меньше стирать и за счет этого экономить на электроэнергии и стиральном порошке. Если говорить о религии, то активное промусульманское движение в Европе заставляет женщин отказываться от мини, прятать ноги, убирать волосы. Они готовы одеваться скромно, чтобы к ним не приставали.

Влияет ли отечественная индустрия моды на западную?

Отечественные дизайнеры много работают и много создают — но чаще всего небольшие коллекции, с маленьким ассортиментом и такими же продажами. На Западе их никто не знает и не носит их одежду. Что действительно влияет (или, скорее, влияло) на западную индустрию моды, так это русский вкус. Я говорю «влияло», потому что речь идет о временах, когда рубль был сильным и еще не вышел указ, запрещающий представителям многих силовых структур ездить за границу.

Тогда производители одежды, те же Dolce & Gabbana, Roberto Cavalli, подстраивались под вкус русских и делали вещи, которые заведомо им понравятся. Дело в том, что русские модницы (вместе с украинскими и казахскими) покупали в Европе 27 процентов мирового выпуска люкса; примерно столько же уходило в Эмираты, где их приобретали выходцы из этих же трех стран. Сегодня этот рынок сильно просел, и это серьезная драма для западных производителей одежды.

Как вы оцениваете принятую в России манеру одеваться?

Многие замечают, что россиянки одеваются очень ярко и празднично. Я считаю, что у этого феномена несколько причин: 70 лет репрессий в мире моды, тотальный дефицит, царивший в СССР, демографический перекос. По статистике, в России женщин больше, чем мужчин, поэтому для женщин одежда — способ обратить на себя внимание. Они чрезмерно красятся, носят много украшений, высокие каблуки, маникюр не потому, что у них нет вкуса (хотя и такое часто бывает), а потому, что это зов пола.

Видите ли вы связь между интеллектом и вкусом?

Конечно, самую прямую. Армани сказал: элегантность — это ум женщины. Только умная женщина способна быть элегантной, а глупая — никогда, она всегда одевается безвкусно.

А можно ли развить вкус?

Вкус — как слух, его трудно развивать. Ребенка без слуха возьмут только в пятый ряд хора, солистом он никогда не будет. Так и человек, который родился в семье без вкуса. Все зависит от родителей, от того, какие игрушки они дарят детям, какую музыку слушают, как одеваются. Ребенок впитывает это с детских лет.

О чем можно судить по одежде человека?

Обо всем: о его происхождении, национальности, профессии, благосостоянии, возрасте.

Как вы пришли в профессию в стране, где моды официально не было?

Через родителей. Я сын театрального художника и актрисы первого выпуска Школы-студии МХАТ. Папа был выездным (то есть ездил за границу, что было редкостью в советское время) и старался меня и мою сестру одеть с иголочки. Мама очень интересовалась модой и стилем и любила хорошо одеваться. Поскольку я рос в театральной семье, я встречал многих артисток — красавиц своего времени, которые считались иконами стиля: Любовь Орлову, Ирину Скобцеву, Наталью Фатееву, Людмилу Гурченко, Майю Плисецкую. Я варился в этом соку, и было бы странно, если бы не стал тем, кем стал.

советуем прочитать
Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи
советуем прочитать
Новости. Всемирный потоп
Гусинская Ирина
12 сентября 2012г. Шестая встреча HR-клуба HBR.
Химичева Кристина Фотограф: