Рейтинги ESG: как это работает | Большие Идеи

・ Корпоративный опыт
Статья, опубликованная в журнале «Гарвард Бизнес Ревью Россия»

Рейтинги ESG: как
это работает

Как рейтинговые фирмы распространяют информацию об устойчивом развитии

Автор: Саймон Макмаон

Рейтинги ESG: как это работает
Marlies Plank

читайте также

«Платите, или будет хуже!»: что делать, если киберпреступники требуют заплатить

Бренда Р. Шартон

Из HR-директоров выходят хорошие генеральные?

Как снять блок с командной работы

Франческа Джино

Алексей Юрчак: О пользе бессмысленности

Мария Божович

В 2008 году, когда я начал работать в Sustainalytics после окончания магистратуры по финансам и устойчивому развитию, оценка ESG-деятельности компаний была очень редким занятием. У нас работало всего 20 сотрудников и был один офис в Торонто, где мы составляли отчеты о 300 компаниях — в основном канадских фирмах, представленных на Фондовой бирже Торонто. Сейчас у нас 650 сотрудников, живущих в Северной Америке, Европе, Азии и Австралии. Они проводят исследования в сфере ESG, составляют рейтинги и анализируют данные о тысячах компаний. И мы такие не одни: несколько крупных рейтинговых фирм и десятки мелких распространяют информацию об устойчивом развитии.

Кое-что изменилось даже больше, чем размер нашей команды и объем исследований, которые мы проводим: то, как используются рейтинги, подобные нашим. Мы заметили, что наши рейтинги стали гораздо чаще использоваться в процессе инвестирования. Еще десять лет назад такая информация интересовала лишь ­малую долю инвесторов. Сегодня почти все крупные инвестфонды в той или иной степени пользуются исследованиями в области ESG. Так происходит потому, что все шире признается ценность такой информации и ее влияние на окупаемость инвестиций. Это влияние наблюдается не каждый раз, но свидетельств уже достаточно, чтобы инвесторы видели разницу. Более того, ESG-факторы влияют на финансовые результаты не только напрямую, но и опосредованно, через репутацию компании: и инвесторы, и бизнес-лидеры хорошо осознают потенциальные издержки от пренебрежения ESG-рисками.

Составлять рейтинги непросто. Для ESG-отчетности нет единых требований, а многие типы воздействия на окружающую среду и общество сложно оценивать. Так что входные данные, с которыми мы работаем на первом этапе, куда менее структурированы, полны и качественны, чем финансовые данные, которые представляются в стандартизованном виде после бухгалтерской проверки. Отсутствие правил и надежных метрик усложняет нашу работу, но при этом повышает ее ценность. Поскольку мы собираем данные и делаем выводы, на которые в прошлом многие инвесторы не обращали внимания (а сейчас не имеют к ним свободного доступа), очень часто такая информация не заложена в стоимость акций.

Для нас важно, чтобы компании, которые мы оцениваем, понимали, как мы составляем рейтинги. Мы рассматриваем два фактора: каким рискам подвергается бизнес и насколько успешно он с ними справляется. Мы относим каждую компанию к одной из 138 отраслей, и для каждой у нас есть список актуальных рисков. Например, горнодобывающие предприятия обычно сталкиваются с рисками, связанными с углеродными и неуглеродными выбросами, с системами природопользования, расходом воды, охраной и безопасностью труда, а также с корпоративным управлением. Определяя подверженность рискам, мы учитываем специфику бизнеса. Предположим, компания работает в юрисдикции, где распространена коррупция или где особенно сложно управлять трудовыми отношениями. Она сталкивается с бóльшим числом рисков, чем конкуренты, избегающие таких юрисдикций, так что мы бы подняли ее оценку подверженности рискам. Значительная часть нашей работы — это калибровка уровня ESG-рисков, с которыми сталкиваются компании.

Следующий шаг при расчете рейтинга — оценить, насколько хорошо компания справляется с рисками. Мы изучаем программы, политики и управленческие практики компании, а также ее готовность к тому, чтобы избежать тех или иных рисков или частично устранить их. Если мы не находим свидетельств такой готовности, то ставим более низкую оценку. Фирмам, которые действительно пытаются справиться с рисками, лучше отчитываться о своих действиях, чтобы они принимались во внимание. За последние годы количество подобных отчетов резко возросло, но их все равно не так много, как нам хотелось бы.

Поменялось и то, как компании общаются с нами в процессе оценки. Десять лет назад только 10% фирм отвечали на наши запросы и обсуждали с нами анализ. Сегодня более 60% крупных компаний делятся с нами информацией, и их число растет с каждым годом. В целом, если компания гордится своей репутацией, а ее инвесторы интересуются вопросами ESG, она охотно тратит время на общение с нами. Бывает и так, что фирмы с низким рейтингом или те, которых критикуют за экологические или управленческие практики, связываются с нами по инициативе инвесторов.

Иногда руководители жалуются, что уже «устали от опросов», и говорят, что слишком много рейтинговых агентств запрашивают у них слишком много информации. Я их понимаю. Международные организации работают над стандартизацией ESG-отчетности, чтобы сделать ее не такой обременительной для руководства компаний. Я все же верю, что взаимодействие с крупными фирмами вроде нашей стоит потраченного времени.

Завершив расчет рейтинга, мы высылаем его компании для обратной связи. В процессе обсуждений мы ищем любую информацию или уточнения, которые помогут нам улучшить анализ. Не всегда новые данные могут изменить рейтинг компании, но мы всегда принимаем их к сведению. Поскольку ESG-рейтинг играет все более важную роль, некоторые представители фирм страстно отстаивают в разговоре с нами свою точку зрения.

Рейтинг компании меняется, когда в ней начинают иначе решать проблемы устойчивого развития или когда возникают серьезные разногласия по поводу ESG, которые могут указывать на недостатки в управлении. Однако самые серьезные улучшения происходят тогда, когда после принятия новой стратегии или изменения бизнес-модели снижается подверженность компании рискам. Например, датская энергетическая компания Ørsted (ранее известная как Danske Olie og Naturgas) занималась разведкой и разработкой месторождений нефти и газа, но в 2017 году продала нефтегазовые активы и инвестировала в возобновляемую энергию. Теперь это один из крупнейших игроков в секторе морской ветроэнергетики. У компании все еще есть несколько угольных электростанций, но она уже объявила о планах по их ликвидации. С 2018 по 2019 год ее рейтинг рисков значительно улучшился.

Подверженность ESG-рискам может и усиливаться. Например, ESG-рейтинг Facebook упал из-за возросшего беспокойства пользователей о том, как компания хранит и защищает их личные данные. ESG-оценки Amazon снизились из-за антимонопольных расследований и опасений по поводу условий труда в компании. Снижаются ESG-рейтинги французского автопроизводителя Peugeot — с того момента, как в 2017 году компания поглотила Opel и Vauxhall, чьи автомобили не так экономно расходуют топливо. Из-за этой сделки Peugeot, скорее всего, не сможет к 2021 году достичь цели по выбросам углерода, поставленной Евросоюзом, и, вероятно, будет оштрафована на несколько сотен миллионов евро.

Для компаний, желающих показать себя с лучшей стороны, раскрытия информации о значимых ESG-проблемах и о том, как они их решают, будет вполне достаточно. Лучший способ сделать это — опубликовать отчет об устойчивом развитии, подготовленный в соответствии со стандартами отчетности об устойчивом развитии, которые разработала Global Reporting Initiative. Когда компания составляет качественный отчет, нам проще провести анализ, а ей самой приходится тратить намного меньше времени на разговоры с нами и с другими рейтинговыми фирмами. Но самое важное происходит тогда, когда компания тщательно анализирует свой бизнес и бизнес-модель, чтобы понять, какие ESG-риски могут обойтись ей дороже всего. Сократив предрасположенность к рискам или найдя лучший способ справиться с ними, компании обычно получают большую выгоду и для себя, и для инвесторов, при этом принося пользу окружающей среде и обществу.

Составляя рейтинги, аналитики все более строго оценивают компании, и это хорошо. Сегодня такие рейтинги более релевантны и качественны, чем когда-либо прежде, и инвесторы обращают на них все больше внимания. Низкий рейтинг заставляет компании пересмотреть свои практики, а высокий помогает привлечь больше инвестиций. Именно это делает нашу работу такой интересной.

Об авторе

Саймон Макмаон (Simon Macmahon) — вице-президент и руководитель исследований в области ESG в Sustainalytics, рейтинговой фирме, которая занимается вопросами ESG и корпоративного управления.

Материал опубликован в ноябрьском номере журнала HBR Россия под заголовком «Трудности оценки показателей ESG»

* деятельность на территории РФ запрещена