Против толерантности | Большие Идеи

・ Этика и репутация


Против толерантности

В наше время морализаторство под жесточайшим запретом. Не принято ставить вопрос об этичности поступков.

Автор: Елена Евграфова

Против толерантности

читайте также

Как на самом деле думают стратеги: сила и слабость аналогий

Гаветти Джованни,  Ривкин Ян

Как просить прощения по-настоящему

Джозеф Гренни

Как не дать восходящей звезде погаснуть

Балаш Сатмари,  Брейден Кинг,  Дирк Дайхман,  Ян ван ден Энде

«Дайте людям немного больше свободы»

Ласло Бок

Имеют ли право представители класса образованных влиять на вкусы «простого»­ народа? В парадигме демократии, особенно левого разлива — разумеется, нет, потому что такое право подразумевает неравенство, позицию немного «над», а демократия — это равные права: у генерального директора ­федерального телеканала с его научной степенью и пятью иностранными языками такое же право влиять на безграмотного рабочего из Нижнего Тагила, как и у рабочего — на директора. Другое дело, что у первого больше возможностей. ­Означает ли это большую ответственность, скажем, с этической точки зрения?

Я пишу эту колонку, когда все (даже те, кто не смотрит телевизор) обсуждают новую передачу НТВ «Луч света» со Светой Курицыной в роли ведущей. Когда Света из Иванова была только героиней ролика, снятого на мобильный телефон, она оставалась лишь милой, живой, эмоциональной, хотя и невежественной девушкой. Этакой Фросей Бурлаковой до консерватории и знакомства со скульптором и библио­текаршей. Став телеведущей, она превратилась в ролевую модель для миллионов людей. Ее косноязычие, вульгарность и нелепая одежда теперь начнут тиражироваться по всей стране. На новом витке развития вместо блондинки в шоколаде народным идолом становится брюнетка из трущобы.

Ее уже сравнивают с Золушкой, но это грубая подмена. Золушка была трудолюбивой, доброй, очень разборчивой девушкой, именно поэтому ее вознаградила жизнь — в этом соль бродячего сюжета. История Светы совсем иная — скорее всего, с ней случится то, что бывает всегда, когда на простодушного человека сваливается огромная слава, им не заслуженная, и деньги, не заработанные настоящим ­трудом: начинается очень быстрый и необратимый распад личности с жесточайшей ­депрес­сией, водкой или наркотиками в конце.

Если же ей повезет и рейтинги упадут, тогда, возможно, она поумнеет, станет самодостаточной личностью и ужаснется тому, что ее использовали как дрессированного медведя — на потеху публики.

СМИ могут подстраиваться под аудиторию, отмечают наши эксперты в статье «Высокотиражный трэш», говорить на ее языке, а могут ее формировать, развивая и образовывая или отупляя и развращая. Люди, которые определяют контент средств массовой информации, хотят они этого или не хотят, формируют матрицу, в которой живет общество: задают нормы, правила и ограничения. И поскольку это хорошо ­образованные и умные люди, в отличие от Светы, они понимают, что делают и какими будут последствия.

В наше время морализаторство под жесточайшим запретом. Не принято ставить вопрос об этичности поступков. Свобода слова подразумевает право на публичное, даже талантливое, а потому опасное высказывание в том числе и морального урода. Но не пора ли отбросить устаревшую формулу, по которой нет ничего однозначно хорошего или плохого и все зависит от точки зрения? Не пора ли вернуться к системе координат, в которой есть добро — все, что направлено на развитие, процветание и благополучие личности и всего общества, и зло — все, что ведет к деградации, ­отупению и боли. И если мы считаем, что цензура хуже вседозволенности, то остается одно средство — перестать быть толерантными к образованным подонкам, которые точно на стороне зла.