Как бизнес-школы влияют на будущие решения руководителей | Большие Идеи

・ Корпоративный опыт
Статья, опубликованная в журнале «Гарвард Бизнес Ревью Россия»

Как бизнес-школы влияют на будущие
решения руководителей

Результаты исследования 2 тысяч топ-менеджеров компаний

Авторы: Зи Вук Юнг , Тайкзин Шин

Как бизнес-школы влияют на будущие решения руководителей
Иллюстрация: ANDY ROBERTS/GETTY IMAGES

читайте также

Как заинтересовать бизнес социальной ответственностью

Дэниел Уэгер,  Себастьян Хафенбрэдл

Ограничения 3D-печати

Маттиас Холвег

Ради сложности

Елена Евграфова

Последствия катастроф: когда корпоративная помощь особенно важна

Главная цель большинства бизнес-школ — научить будущих руководителей руководить. Насколько хорошо они справляются с этой задачей и в какой степени обучение влияет на умение руководить — вопрос открытый. Действительно ли обучение в бизнес-школе отразится на мышлении и поведении выпускников, когда они займут руководящие должности в крупных корпорациях и финансовых учреждениях?

Изучая этот вопрос, мы проанализировали решения руководителей о диверсификации за последние три десятилетия. Поскольку бизнес-школы радикально изменили свои взгляды на диверсификацию за этот период, мы смогли увидеть, как менялось мнение студентов о диверсификации в зависимости от образования.

Вплоть до 1960-х годов специалисты считали диверсификацию удачной стратегией. Кеннет Эндрюс, популяризировавший концепцию бизнес-стратегии в Гарвардской школе бизнеса, был одним из них. В 1951 году он писал в HBR: «Диверсификация в американском корпоративном бизнесе была осуществлена в надежде на достижение большей стабильности в организации и заработке, большей эффективности в использовании ресурсов компании и большей экономии в маркетинговых операциях, а также большей отдачи от использования неожиданных возможностей и особых экономических условий».

Позже мнение о диверсификации изменилось: от скептического в 1970-е годы и до откровенно критического в 1980-е. Это отражало масштабный сдвиг в бизнес-образовании, описанный Ракешем Хураной в книге  From Higher Aims to Hired Hands, когда экономика финансов стала доминирующей дисциплиной в бизнес-школах 1970-х годов. В частности, теория агентских отношений (подробнее см. здесь — прим. ред.)  стала главной парадигмой как в научных кругах, так и на практике.

В часто цитируемых статьях в HBR (одна из них опубликована в 1984-м, а другая в 1989 гг.) Майкл Дженсен, преподаватель Гарвардской школы бизнеса и, пожалуй, самый видный теоретик агентских отношений в мире, выступил с резкой критикой диверсификации как примера управленческого оппортунизма за счет акционеров. Благодаря своему академическому исследованию и преподаванию в Гарвардской школе бизнеса Дженсен сумел провозгласить новую финансовую норму, исходя из которой корпоративные менеджеры должны избегать диверсификации и сосредотачиваться на основных компетенциях компании.

Хотя доводы и «улики» против диверсификации возникли в 1970-х, многие компании диверсифицировались и в 1980-х годах. Наши исследования были направлены на объяснение того, почему отказ от диверсификации среди американских корпораций был таким медленным. Мы считаем, что причина в том, что корпоративная стратегия отражает взгляды самых высокопоставленных руководителей, и поэтому изменение стратегии зависит от изменения этих взглядов или от смены руководителей. А эти процессы могут отставать от программ бизнес-школ.

Только подумайте: понадобилось около 20-30 лет для того, чтобы обучающиеся на MBA в 70-е и 80-е годы, впитавшие скептический взгляд на диверсификацию, поднялись вверх по карьерной лестнице, заменили руководителей главных американских компаний и приостановили диверсификацию.

Чтобы проверить наш тезис, мы собрали данные о 2031 руководителях, управлявших 640 крупными корпорациями США с 1985 по 2015 год. Из различных архивных источников, включая Marquis Who’s Who и Bloomberg’s Executive Profile & Biography, мы собрали такую информацию об их образовании, как место получения MBA или год выпуска.

В нашей выборке около 20% руководителей в 1980-х имели степень MBA, и на протяжении 1980-х и 1990-х их процент вырос до 33%, сохраняясь на протяжении 2000-х. Мы разделили выборку на три группы: руководители, получившие степень до 70-х, те, кто поступил в 70-е и те, кто сделал это позже 80-х — и проверили, различались ли их решения о диверсификации.

Вот что мы обнаружили: по сравнению с руководителями без MBA получившие эту степень до 70-х были более расположены проводить диверсификацию на определенном этапе пребывания в должности. Последующие поколения руководителей, получившие MBA в 1970-х и позже, были менее расположены так поступать, чем их коллеги без MBA на 24% и 30% соответственно.

Рассмотрим один пример из наших данных. Кейс компании Bristol-Myers Squibb иллюстрирует связь между взглядами бизнес-школы на диверсификацию и последующими решениями руководителя. Будучи исполнительным директором с 1972 по 1994 год, Ричард Гелб (выпускник Гарвардской школы бизнеса, 1950 год) организовал сделку по приобретению компанией Bristol-Myers фирмы Squibb, превратив компанию по уходу за собой в многопрофильного фармацевтического гиганта. Все изменилось, когда в 2001 году компанию возглавил Питер Долан, следовавший теории агентских отношений, которая преподавалась в бизнес-школах в конце 70-х годов. Он переориентировал бизнес своей компании практически целиком на фармацевтические продукты.

Хотя мы располагаем множеством разнородных факторов, таких как характеристики фирмы, качества руководителя и отраслевые факторы, мы не можем быть уверены до конца, что понимаем точную причинно-следственную связь образования MBA и решений о диверсификации.

Могут быть и неучтенные факторы: к примеру, компания может нанять руководителя со степенью MBA и управлять его решениями о диверсификации. Поэтому трудно утверждать однозначно, что только MBA управляет решениями генерального директора.

Для решения этой проблемы мы провели дополнительный анализ. По нашим данным, четверть руководителей с MBA из нашего исследования закончили Гарвардскую школу бизнеса, где Дженсен преподавал теорию агентских отношений с 1985 года. Принимая во внимание его повышенную роль в популяризации теории агентских отношений, мы ожидали, что приверженность его учению оказала устойчивое влияние на мнение студентов о диверсификации. Используя только кейсы выпускников Гарвардской школы бизнеса, мы обнаружили, что руководители, посещавшие ее после того, как Дженсен присоединился к школе, почти на 83% реже использовали диверсификацию, чем те, кто посещал ее ранее. Также мы сравнили руководителей с образованием Гарвардской школы бизнеса с руководителями, получившими MBA в других школах и не получившими MBA. Образование Гарвардской школы бизнеса до сих пор оказывало стойкий негативный эффект на диверсификацию только после появления Дженсена.

Другой вопрос, над которым мы раздумывали, — различия в программах бизнес-школ. Несмотря на общую тенденцию школ к ориентации на финансы, могли быть значительные вариации в преподавании. В дополнительном анализе мы использовали рейтинги финансовых департаментов бизнес-школ. Если бы влияние современной финансовой экономики было решающим фактором в изменении взглядов выпускников MBA на диверсификацию, мы увидели бы негативный эффект MBA на диверсификацию у руководителей, закончивших бизнес-школы с преобладанием финансовой программы. В действительности эффект MBA во время или после 70-х наблюдался только у руководителей, обучавшихся в одной из 50 лучших бизнес-школ в области финансов. Будущее исследование может продемонстрировать, как управляет следующее поколение руководителей теперь, когда бизнес-школы, включая Гарвардскую, отходят от теории агентских отношений. Наши выводы относятся к преподающим в бизнес-школах и на других профессиональных образовательных программах. Хотя некоторые ученые сожалеют о небольшом влиянии теории управления на бизнес-практику и общество, наше исследование показывает, что она влияет на них в долгосрочной перспективе.

Последствия выходят далеко за рамки корпоративной стратегии диверсификации. Например, покойный исследователь бизнеса Сумантра Гошал предупреждал, что бизнес-школы оказывают прямое негативное влияние на практики управления, способствуя крупным корпоративным скандалам и экономическим кризисам. Когда все большее количество студентов, ученых, лидеров и экспертов размышляют о влиянии бизнес-школ, преподавателям самое время осознать свою ответственность и потенциал. То, чему они учат, имеет значение, но их влияние на общество становится очевидным только спустя много лет.

Об авторах

Зи Вук Юнг (Jiwook Jung) — доцент в Школе труда и трудовых отношений в Иллинойсском университете в Урбане-Шампейне.

Тайкзин Шин (Taekjin Shin) — доцент в Департаменте Управления в Fowler College of Business в Университете Сан-Диего.