Цена победы: как одолеть зло под названием допинг | Большие Идеи

・ Феномены

Цена победы: как одолеть зло под
названием допинг

Рецензия на книгу «Другая сторона медали»

Автор: Иван Сорокин

Цена победы: как одолеть зло под названием допинг
Иллюстрация: Иван Орлов

читайте также

10 качеств инновационного лидера

Джек Зенгер,  Джозеф Фолкман

«Не бояться и прививать в компании культуру нестандартного мышления»

Александра Терентьева / "Ведомости",  Полина Трифонова

Синергетический дефект

Лайза Кван

16 июля прошла лекция «Идеи на миллион» из серии «Инновационное предпринимательство»

Журавлев Сергей Фотограф

Целебный суп из сваренной заживо черепахи, агенты ФСБ, организующие передачу банок с мочой через потайное отверстие в стене, мертвый велогонщик, пальцы которого не удается оторвать от руля, коллеги, друзья и родственники, свидетельствующие друг против друга — из материала, собранного норвежцем Мадсом Дранге, можно было бы составить мощный медицинский триллер или бюрократический детектив. Однако тональность его книги о допинге «Другая сторона медали» совершенно иная. Автор озабочен лицемерием современной борьбы с этим злом: двойными стандартами, бытующими в WADA, неоднозначностью самого понятия, противоречиями между экономическими и политическими интересами, с одной стороны, и требованием честной борьбы — с другой. Геополитические, экономические и культурные аспекты проблемы занимают его не меньше, чем моральные и правовые.

Временной и тематический охват «Другой стороны медали» впечатляет: рассказ начинается с Древней Греции и заканчивается прошлогодними Олимпийскими играми в корейском Пхенчхане; целый раздел посвящен видам допинга и их физиологической подоплеке — походя всплывают многочисленные коррупционные скандалы, связанные с международным олимпийским движением. В расследовании упоминаются примеры из футбола, бейсбола, стрельбы из лука и многих других видов спорта, но большая его часть затрагивает наиболее уязвимые с точки зрения допинга спортивные дисциплины: шоссейные велогонки, легкую и тяжелую атлетику, плавание, беговые лыжи. Биохимические детали приводятся для понимания мотивов употребления допинга и способов его изобличить и еще для разделения злоупотреблений веществами на эпохи: хаос начала века, повальное увлечение стимуляторами после Второй мировой, гормональные препараты 70—80-х и, наконец, все виды нынешнего «кровяного допинга».

С самого начала повествования Дранге убедительно показывает, что черно-белые представления вредны: даже с юридическим определением понятия допинга есть множество проблем. При попытках наиболее полно и точно описать методы, препараты и процедуры чиновники, ученые и врачи сталкиваются с очень деликатными материями вроде генетических различий, доступа к экипировке и непреодолимого экономического неравенства. Сама мотивация запрета: допинг употреблять запрещено, потому что это не соответствует спортивным идеалам, — вошла в оборот совсем недавно. Отчасти она связана с пиар-усилиями антидопинговых агентств, начавших массово появляться лишь в 1990-е годы под давлением теряющих деньги спонсоров спорта. На протяжении почти всей истории спорта допинг вообще не был чем-то предосудительным: целенаправленная борьба с ним началась во второй половине XX века, когда спортивные власти внезапно озаботились охраной здоровья спортсменов. Обычно отправной точкой современного антидопингового движения считают гибель датского велосипедиста Кнуда Йенсена на Олимпийских играх в Риме в 1960 году — хотя причины его смерти выяснены не до конца.

Дранге пишет практически только о Европе и Северной Америке, ведь большинство технологических прорывов — как новые методы допинга, так и способы борьбы с ними — зародились именно в этих регионах. В разработке препаратов-стимуляторов высших спортивных достижений важным фактором было противостояние двух систем. «В 1984 году президент США Рейган произнес речь, которая показала, что для политиков золотые медали означают не только спортивный престиж: победы символизируют борьбу свободных стран против диктатуры», — пишет Дранге.

А в допинг-контроле стран глобального Юга до сих пор полно «белых пятен» — в том числе из-за отсутствия эффективных антидопинговых агентств. Впрочем, Дранге, хотя и поддерживает саму идею этих агентств, на добром десятке примеров показывает, что давление через спортивные запреты часто оказывается неэффективным: гораздо быстрее к раскрытию сложных кейсов приводят полицейские или журналистские расследования, а также разрыв спонсорских контрактов. Что важно, в прошлое не ушли ни единичные случаи допинга, не связанные со сборными, ни масштабные «патриотические» программы, ярче всего проявляющиеся на Олимпиадах (здесь в книге неизбежно возникает история перебежчика Григория Родченкова и российских спортсменов в Сочи-2014). И несмотря на то что такого рода обман перестал быть нормой (что показывает, например, история велогонщика Лэнса Армстронга), доля использующих допинг спорт­сменов в некоторых странах и некоторых видах спорта достигает почти половины всех соревнующихся. Впрочем, автор подчеркивает, что это говорит не о нечестности спорт­сменов, а лишь о круговой поруке и боязни отстать (увы, некоторые аспекты зрелищности сохраняются в спорте именно благодаря допингу).

Главу за главой Дранге проводит мысль о том, что буквально все успехи борьбы с допингом за последние сорок лет сильно преувеличены, и тем не менее к концу книги  неожиданно оказывается оптимистом. По его мнению, громкие разоблачения не столько дискредитируют профессиональный спорт, сколько показывают, что принципиально возможно очищение изнутри. В его мыслях есть что-то от рассуждений экоактивистов и борцов за этичное потребление: да, мы сами, своими богатыми белыми руками убили спорт (подобно тому, как экономическая гонка убила традиционное земледелие и нарушила экологический баланс во многих регионах), но еще не поздно — смотрите, как именно мы можем исправиться.

Этическая парадигма меняется: компании стали отчитываться по социальным программам, использование детского труда стало незаконным. Поэтому можно надеяться, что если раньше страны (в первую очередь, ГДР, Китай и СССР) смотрели на спортсменок-подростков как на эксплуатируемый ресурс для завоевания государственного престижа, то в ближайшем будущем в спорте возобладают гуманизм и коллективная ответственность. «Важно помнить, что в Норвегии критическое отношение к допингу сформировалось в результате продуманных политических мер, которые дальновидные политики приняли еще в 1950-х, а вовсе не потому, что природа наградила норвежцев обостренным чувством справедливости, позволяющим им осуждать российских тяжелоатлетов или итальянских велогонщиков. Допинг станет моральной проблемой, только если все общество будет осуждать его употребление — не потому, что это запрещено законом, но и оттого, что такие действия нарушают важные принципы этого общества», — заключает Дранге.

Об авторе. Иван Сорокин — доцент МГУ им. Ломоносова.