Владимир Путин — гендиректор Russia Inc. | Большие Идеи

・ Операционное управление

Владимир Путин — гендиректор
Russia Inc.

Авторы: Манфред Кетс де Врис , Станислав Шекшня

Владимир Путин — гендиректор Russia Inc.

читайте также

Ваш подход к найму в корне неверен

Питер Каппелли

Человек + машина: что будет завтра с бизнесом и работой

Джеймс Уилсон,  Пол Доэрти

Для совместной работы нужны не только сети, но и сообщества

Генри Минцберг

Почему компании не любят экспериментировать

Ариели Дэн

ИЗ ВСЕХ РУКОВОДИТЕЛЕЙ российского государства Владимир Путин единственный похож на гендиректора корпорации. Он не только одевается как лидеры современных глобальных компаний — носит деловые костюмы и дорогие, но неброские галстуки, но и во многом ведет себя как положено гендиректору всегда подтянут и бодр, активен, немногословен, говорит простым, понятным широкой аудитории языком, время от времени «ходит в народ», летает на истребителях и вертолетах, придерживается здорового образа жизни. Это внешнее сходство подтолкнуло нас к тому, чтобы, немного пофантазировав и представив себе Путина гендиректором корпорации под названием Russia Inc., проанализировать его деятельность за пять лет пребывания в должности и попытаться ответить на вопросы, которые задают, оценивая работу генеральных директоров: насколько эффективен президент Путин в своей должности; каковы особенности его лидерского стиля; каковы перспективы возглавляемой им компании и его собственные? Результаты этого исследования оказались в какой-то степени неожиданными, а в какой-то предсказуемыми. Как и в случае с корпоративными гендиректорами, деятельность президента и его лидерский стиль гораздо больше определяются его внутренним миром, чем потребностями возглавляемой им организации. Пребывание в президентской должности и определенные успехи не изменили его, но только усилили характерные особенности поведения (которые со временем становятся все более деструктивными). Лучшее, что президент может сделать для страны, — уйти и не вмешиваться в процесс выборов своего преемника. Пример Путина, чья история хорошо известна широкому кругу читателей, показался нам не просто любопытным, но и значимым для иллюстрации наших представлений об эффективном лидерстве в современном мире. Наши наблюдения могут пригодиться как действующим руководителям, так и тем, кто их назначает и освобождает от должности.

Большинство руководителей, занявших высшую должность в компании, проходят три стадии развития: вхождения, консолидации и упадка. Первое время руководитель пытается понять все тонкости своего нового статуса, разобраться с наследием предшественника и сформулировать программу действий, которая позволит организации продвинуться вперед. Консолидировав власть, освоившись в новой среде и определив перспективные цели, лидер начинает активно работать ради их достижения. Именно на второй стадии руководители достигают наивысшей результативности и создают платформу для будущего развития организации. На третьей стадии гендиректор начинает терять интерес к развитию и инновациям (сохраняя, впрочем, желание оставаться у власти), становится недальновидным, самодовольным и негибким. У некоторых руководителей на этом этапе развивается паранойя, появляется страх (часто небезосновательный), что от них хотят избавиться. Вступив в фазу упадка, ранее эффективный лидер может стать по-настоящему опасным для компании.

Эффективные лидеры стремятся сократить первую стадию благодаря тщательной подготовке к должности, а третью — за счет своевременного ухода. Они стараются сделать максимум полезного на стадии консолидации, оставить свой «фирменный след» в истории компании. Однако в современном быстро меняющемся мире срок результативного пребывания в должности даже для очень талантливого и подготовленного руководителя редко превышает семь-восемь лет.

Пять лет у руля: ожидания и результаты

На каком этапе находится наш генеральный директор Владимир Путин, которого катапультировали на высшую должность из политической неизвестности пять лет назад? С момента его неожиданного избрания Путин стал человеком, с которым связывали большие надежды как россияне (акционеры компании Russia Inc.), так и многие люди за рубежом (фактические и потенциальные партнеры этой компании). У президента не было времени на подготовку к новой должности, но он получил значительную эмоциональную поддержку миллионов людей, которые связывали с ним свои надежды и мечты. Эффективные генеральные директора знают о том, что люди проецируют свои ожидания (часто бессознательные) на нового лидера и используют эту энергию сотрудников, направляют ее на реализацию собственной программы. Посмотрим, что получилось у Путина.

Когда Путин стал президентом, российская экономика еще не восстановилась после кризиса 1998 года и россияне ждали от нового руководителя прежде всего повышения уровня жизни. Люди также надеялись, что новый президент сумеет восполнить утраты, связанные с распадом Советского Союза и социалистической системы. Ельцинскую эпоху, когда Россия потеряла влияние в Восточной Европе и бывших советских республиках, когда бурная инфляция уничтожила накопления граждан, многие воспринимали как время унижения, когда у власти находился человек, злоупотреблявший спиртным и в конце срока пренебрегавший своими обязанностями. Нечестная приватизация, всевластные олигархи, усиливающаяся коррупция, война в Чечне — поводов для раздражения было достаточно. Приход молодого (и трезвого) президента вернул россиянам веру в возможность благополучной и осмысленной жизни.

Потенциальные «партнеры» — лидеры большинства западных стран ожидали от Путина четкой и последовательной политики в отношении Запада, подтверждения того, что Россия бесповоротно выбрала курс на строительство рыночной экономики и демократического государства и навсегда оставила имперские амбиции в отношении бывших республик СССР и стран Восточной Европы. Западные лидеры рассчитывали найти в Путине надежного и конструктивного партнера в деле продвижения демократии и безопасности в современном мире.

В какой степени гендиректор оправдал ожидания заинтересованных сторон?

После утверждения президента в новой должности российская экономика, которая на протяжении почти десяти лет переживала серьезные трудности, начала восстанавливаться, Россия по темпам роста стала опережать развитые государства. За первые пять лет президентства Путина ВВП России увеличился на 60%, личные доходы граждан — на 65%, расходы на образование удвоились, средняя зарплата выросла на 70%, средняя пенсия — на 40%. Население страны получило также дивиденды в виде более высокого чистого дохода (этому способствовало введение единой 13%-ной ставки подоходного налога). Резко выросло число поездок россиян за рубеж (в частности, благодаря укреплению рубля), а уровень проникновения сотовой телефонии увеличился в 30 раз.

Однако приведенные цифры обманчивы. Да, Russia Inc. в течение пяти лет путинского президентства росла быстро, но темпы роста были едва ли не самыми низкими на постсоветском пространстве. Многие эксперты полагают, что, останься цены на энергоносители на уровне 1999 года, российский валовый внутренний продукт при Путине уменьшился бы. И хотя личные доходы граждан в абсолютных цифрах увеличились более чем вдвое, цены на внутреннем рынке выросли почти так же. В реальном исчислении результаты экономической деятельности Путина выглядят довольно скромно.

Можно предположить, что Путин — дальновидный стратег, создающий базу для последующего роста, что он проводит глубокие структурные преобразования, плоды которых будут видны лет через пять-десять. Но трезвый анализ показывает, что это не так. Структура российской экономики при Путине не изменилась. Зависимость страны от экспорта сырья только возрастала, тогда как обрабатывающая промышленность продолжала сокращаться. На сферу услуг по-прежнему приходится менее 50% ВВП — чрезвычайно мало для развитой экономики. Очень важно, что по числу вновь создаваемых компаний — ключевому показателю роста экономики — Россия заметно отстает от стран как Восточной, так и Западной Европы. Горстка российских промышленно-финансовых групп контролирует порядка 60—70% экономики страны. Коррупция, разъедавшая общество при Ельцине, при Путине стала всепроникающей.

Результаты взаимодействия с иностранными партнерами также трудно назвать удовлетворительными. Оценка президента политических кризисов на Украине и в Грузии, выступление против войны в Ираке и жесткая позиция на переговорах по вступлению в ВТО оттолкнули от него лидеров ведущих мировых держав. Дело «ЮКОСа», а также претензии к крупным международным компаниям, работающим на российском рынке, всерьез насторожили западных бизнесменов, политиков и средства массовой информации.

Почему же лидер, обладающий многими внешними атрибутами эффективного руководителя (рассудительностью, личной скромностью, умением слушать, трезвостью) и занявший свой пост в очень подходящий момент, не оправдал довольно скромных ожиданий заинтересованных сторон? Ответ прост: он не сделал того, что делают эффективные гендиректора.

Если рецепт эффективного лидерства настолько прост, то почему лишь немногим удается стать по-настоящему успешными руководителями и почему это не удалось Путину? Дело в том, что лидерство — не механический процесс, которому можно научиться. Лидерский стиль, определяющий эффективность руководителя, во многом определяется его «внутренним театром» — уникальным поведенческим сценарием, который каждый человек пишет в ранний период своей жизни в ответ на собственные глубинные потребности и в соответствии с опытом взаимодействия с внешним миром. Если мы хотим понять лидера и его прошлые поступки и предугадать будущие ходы, нам следует заглянуть за внешнюю оболочку и попытаться реконструировать внутренний мир этого человека — его систему ценностей и мотиваций.

Тихий президент

«Не стоит недооценивать решительность тихих людей» — сказал Ин Дункан Смит, получивший прозвище «тихий человек» и безуспешно пытавшийся превратить его в положительный атрибут лидера. Он быстро сошел с политической сцены, став одним из самых недолговечных лидеров британской Консервативной партии. Тем не менее его афоризм содержит долю истины и как нельзя лучше подходит для характеристики лидерского стиля Владимира Путина — тихого человека, незаметно пробравшегося к вершинам власти. Уинстон Черчилль как-то назвал Россию «загадкой, обернутой в тайну, помещенную внутрь головоломки». То же самое можно сказать и о Путине. Чтобы составить характеристику личности лидера, психологи обычно проводят с ним многочасовые интервью. У нас не было такой возможности. Однако, будучи персоной публичной, российский президент неизбежно приоткрывает занавес своего «внутреннего театра», что дает возможность поговорить на эту тему. В 2000 году вышла книга «От первого лица», написанная на основе интервью с Путиным. Вот как он подытоживает свою жизнь в начале книги: «Школу окончил, пошел в университет. Университет окончил — в КГБ. КГБ закончил — опять в университет. Из университета — к Собчаку. От Собчака — в Москву, в Управление делами. Потом — в Администрацию президента. Оттуда — в ФСБ. Потом назначили премьером. Теперь — и.о. президента. Все!»

Все здесь говорит о выдающейся сдержанности и скрытности. Приведенные в книге замечания Путина по поводу его семьи и карьеры позволяют предположить, что это свойство тусклой незаметности — унаследованная стратегия выживания. Рассказывая о своем происхождении, лидер употребляет слова «самая простая семья», но подчеркивает, что гордится дедом, поваром, которого «перевели на одну из дач Сталина». Там дед работал долго, но его «почему-то не репрессировали». Путин добавляет: «Мало из тех, кто все время был при Сталине, уцелел. Дед уцелел». Затем он указывает на качество, которое, вероятно, помогло деду выжить: «Но он-то про свою жизнь помалкивал. Да и родители мне почти ничего не рассказывали». Несколько поколений «простой семьи» уцелели в опаснейших условиях, очевидно благодаря молчаливости и неприметности.

Путин родился в Ленинграде 7 октября 1952 года, за пять месяцев до смерти Сталина. Можно предположить, что он, единственный ребенок в семье (два старших брата Владимира умерли до его рождения), был объектом повышенного внимания и ожиданий — он должен был восполнить родителям утрату. Одни дети в подобных условиях держатся отчужденно-вежливо, стремясь таким образом сохранить свое «я» и избежать зависимости от старших. Другие, наоборот, всеми силами стараются соответствовать возлагаемым на них ожиданиям. Это иногда приводит к стрессам: у ребенка может развиться что-то вроде клаустрофобии и желания вырваться на волю. Не исключено, что в случае Путина именно этот фактор объясняет странное сочетание противоположностей — конформизма и конфронтации, порядка и хаоса. Ясно, однако, что, если в его характере изначально и были бунтарские черты, со временем они оказались подавленными — верх одержало стремление к конформизму и порядку.

Поначалу Путин не был образцовым учеником. Свои первые жизненные уроки он получил во дворе и на улице, где проводил время в компании «хулиганов». Сам Путин хулиганом не стал, помог спорт. Он рано начал заниматься самбо и дзюдо и, как известно, продолжает эти занятия до сих пор. Один из главных принципов дзюдо — никогда не атаковать противника в лоб: необходимо использовать его энергию для победы. В какой-то мере метафора дзюдо раскрывает будущую стратегию Путина — действовать так, чтобы другие не воспринимали тебя как угрозу.

Мальчиком будущий президент любил читать про разведчиков и играть в разведчиков. Позже он говорил, что пришел в КГБ под влиянием книжек и фильмов о подвигах советских разведчиков. Он верил, что такая работа помогает «правильно организовать» беспорядочный и непредсказуемый мир: оставаясь в тени, человек получает прекрасную возможность навести порядок.

Человек-невидимка

Окончив юридический факультет ЛГУ, Путин пошел работать в КГБ. После стажировки в подразделении контрразведки был направлен во внешнюю разведку. Место работы — Дрезден, задача — экономический шпионаж и вербовка агентов. Путин работал успешно, хотя его результаты нельзя было назвать исключительными. Между тем пребывание в Германии позволило ему получить некоторое представление о жизни на Западе. Окончание работы в Дрездене, связанное с воссоединением Германии, было сумбурным и хаотичным, и это, по-видимому, стало для Путина еще одним аргументом в пользу упорядоченного и поддающегося планированию мира.

В 1990-х, после развала Советского Союза, Путин ушел из КГБ. Решение об уходе он назвал самым трудным в своей жизни. Бывший разведчик стал заместителем санкт-петербургского мэра Анатолия Собчака, его правой рукой. В 1996 году, после поражения Собчака на выборах в мэры Санкт-Петербурга, Путин перебрался в Москву. Здесь он оказался в окружении Анатолия Чубайса, который представил его Борису Ельцину. В 1998 году Путин был назначен заместителем главы администрации президента. Но и на этой весьма высокой должности он держался незаметно, так что никто не видел в нем угрозу. Используя свое умение ладить с людьми и навыки, полученные в КГБ, Путин работал на Ельцина, демонстрируя преданность, дисциплинированность и здравый смысл. Он последовательно занимал ряд должностей, в том числе пост главы ФСБ.

Спивающийся и стареющий Ельцин нуждался в помощи сильного, надежного и преданного заместителя. В обстановке коррупционных скандалов и угрозы импичмента президент, здоровье которого в этот момент пошатнулось, использовал молодого помощника как гарантию собственной безопасности после ухода из политики. Все это показывает, что Путин не относится к категории прирожденных вожаков — альфа-лидеров. Скорее перед нами портрет бесцветного чиновника, который выполняет приказы гораздо успешнее, чем отдает.

Внешняя бесстрастность Путина вовсе не означает, что этот человек лишен эмоций. Исследования показывают, что многие люди используют внешнюю отстраненность как инструмент защиты от эмоций, над которыми они боятся потерять контроль.

Потребность в сильной руке

Приверженность Путина идее контроля нашла отклик в российском обществе, уставшем от анархии времен Ельцина. Усиление контроля позволило покончить с политическим хаосом предшествовавшей эпохи, экономика активизировалась, прекратился отток капитала из страны. Но в большинстве важнейших областей реформы так и не обеспечили появления более либерального и продуктивного общества.

В то же время недостатки путинского стиля руководства весьма серьезны. Его действия последовательно направлены на усиление контроля государства (или лично президента) как в экономической, так и в политической сферах. Под бдительным оком нового президента влияние спецслужб стало распространяться на все уровни и структуры государства. По мере того как Путин сосредоточивал в своих руках власть, он оставлял все меньше возможностей для организованных действий тем, кто осмеливался стать его оппонентом.

Путин понимает важность организационной поддержки для реализации своих планов, однако при подборе «топ-менеджмента» делает ставку не на таланты претендентов, а на их лояльность. Хорошо видно, что Путин не доверяет новому поколению россиян, получившему образование за границей, — он опирается на представителей силовых структур, причем все большую власть в Кремле приобретают люди, придерживающиеся националистических, ксенофобских взглядов.

В Россию вновь вернулись страх и цинизм по отношению к власти. Конечно, напуганные олигархи будут сговорчивее, однако маловероятно, что проводимая президентом политика позволит осуществить его план — удвоить ВВП за десятилетие. Такая задача требует, напротив, усиления личной инициативы, активности предпринимательского класса, а этому могли бы способствовать либеральная реформа и ослабление влияния бюрократии. Но, учитывая лидерский стиль и послужной список Путина, рассчитывать на подобные шаги не приходится.

Паранойя и социальный регресс

Осторожность, бдительность, умение вовремя почувствовать опасность — здоровые качества, полезные любому лидеру. Однако в некоторых случаях бдительность может перерастать в паранойю — неадекватно сильную реакцию на потенциальную опасность. Паранойю называют «болезнью королей»: те, кто долгие годы стоит у власти, в конце концов становятся ее жертвой. Учитывая должность Путина и его опыт работы в КГБ, мы можем предположить, что ему свойственна подозрительность. Конечно, ему приходится сталкиваться с реальными опасностями, обусловленными, например, географическим положением России. К проблеме Чечни добавилась «измена» Украины, которая тяготеет к Западу. Нежелание Азербайджана, Грузии и Молдавии сотрудничать в рамках Содружества Независимых Государств также дает основания для беспокойства. Более того, такие непредсказуемые лидеры, как главы Белоруссии, Туркменистана и Северной Кореи, равно как и непоследовательные авторитарные руководители целого ряда стран Центральной Азии, могут вызвать головную боль у любого соседа. Но и этого мало: между Россией и Японией давно существует напряжение из-за нескольких спорных островов, а растущий успех Китая все чаще заставляет воспринимать эту страну как угрозу российскому Дальнему Востоку. Опасности — мнимые или реальные — повсюду.

К сожалению, лидер-параноик часто неверно оценивает действительность. Проблема усугубляется тем, что он начинает сомневаться в надежности своих советников, искать (и находить) подтекст даже в самых безобидных замечаниях. Граница между бдительностью и паранойей почти неощутима. Едва маятник качнется в сторону паранойи, подозрительность начинает распространяться как чума, укореняясь в сознании всего окружения руководителя.

Чтобы не допустить разрастания паранойи, эффективные гендиректора используют процедуры, которые дают возможность управлять рисками, и прислушиваются к проверенным соратникам, которые смело высказывают свои мысли и позволяют лидеру сохранять трезвый взгляд на вещи. Есть ли в окружении Путина люди, не боящиеся говорить правду? Маловероятно, если учесть, что среди них много ветеранов КГБ — не самой открытой организации в мире. Эти люди, похоже, предпочитают прозрачности скрытность: достаточно вспомнить, как разрешались ситуации с захватом заложников на Дубровке, гибелью экипажа подводной лодки «Курск» и терактом в бесланской школе. Сокрытие информации (главный недостаток параноидалного стиля управления) не позволяет создать ни высокопроизводительную экономику, ни гармоничное общество. Сочетание стремления к контролю и паранойи создают своеобразный лидерский стиль (см. врезку «Лидеры, склонные к тотальному контролю и паранойе») и вызывают вполне определенную ответную реакцию. Когда в верхних слоях управленческий пирамиды начинает преобладать параноидальное мышление и ужесточается контроль, в стране возникает опасность социального регресса, «маленький человек» чувствует себя все более беспомощным. Люди начинают тяготеть к иллюзорному (полностью оторванному от действительности) мышлению и к авторитаризму. Подчиненные руководителя-параноика, особенно во время кризиса, начинают жестко делить мир на два лагеря: врагов и друзей. Им повсюду мерещатся недруги и заговоры. Руководители поощряют такой подход, поскольку совместные поиски врага создают чувство уверенности в правоте общего дела и воодушевляют на новую борьбу. Этот подход, направление энергии вовне, — разновидность хорошо известной адреналиновой реакции («борись или беги»), которая позволяет справиться с растущим беспокойством.

Потребность в героях

Другое средство борьбы с беспокойством — сдерживание. Лидеры, владеющие этим приемом, убедительны, держатся уверенно, они умеют наполнять смыслом деятельность своих последователей и создавать среду, в которой последние чувствуют себя комфортно и уверенно. Испытывая благодарность за вновь обретенное чувство уверенности, последователи превозносят лидера, полагая, что если у них сильный руководитель, то и они сами тоже становятся сильными. Яркий пример лидера, успешно игравшего эту роль, — Уинстон Черчилль, который по результатам проведенного в 2004 году в Великобритании общенационального опроса был признан самым выдающимся человеком за всю историю страны. Черчилль был убежден, что волею судьбы оказался в нужное время в нужном месте и что только он мог провести страну через испытания Второй мировой войны. Он обладал блестящими ораторскими способностями, которые позволили ему сплотить и вдохновить нацию. По словам Джона Кеннеди, Черчилль «мобилизовал английский язык и отправил его в бой». При этом он сумел придать нации уверенности в себе и в завтрашнем дне и так преуспел в этом, что британцы не побоялись проголосовать за прекращение полномочий своего лидера в год окончания войны.

Усиливающиеся элементы автократии в поведении Владимира Путина могут свидетельствовать о том, что он ощущает потребность современной России в сильном лидере, который способен вселить в людей уверенность. Вопрос в том, удастся ли ему повторить опыт Черчилля или же при нем продолжится российская властная традиция обожествления руководителя.

Портрет Путина сегодня можно увидеть почти во всех служебных помещениях. В школьных учебниках рассказывается о том, что он управляет истребителем, не курит и очень любит свою семью. Его изображают на майках, коврах и матрешках.

Все, кто изучает историю, знают, что культ личности — тревожный знак. Ни в царские времена, ни в годы советской власти он не приносил стране ничего хорошего. Однако вряд ли Путин станет действовать по примеру своих знаменитых предшественников — Сталина и Ленина. Сегодня плюрализм в России развит сильнее, чем когда бы то ни было. Между тем сама тенденция не может не настораживать, ведь авторитаризм даже в самой современной форме не способен обеспечить эффективного управления таким сложным объектом, как Russia Inc.

Программа на следующие два года

Корпоративная мудрость гласит, что существует по крайней мере одна задача, которую не может проигнорировать ни один руководитель, претендующий на звание успешного, — подготовка преемника. Это своего рода лакмусовая бумажка, которая дает возможность оценить руководителя. По мнению специалистов в области теории организаций, лучше всего о качествах лидера говорит эффективность его преемника. Перед Путиным стоит сложнейшая задача: ему предстоит не только найти адекватного человека,

но и создать прецедент передачи полномочий после окончания предусмотренного Конституцией президентского срока. Ему мешают две традиции: во-первых, российские лидеры обычно предпочитают покидать свой кабинет исключительно вперед ногами и, во-вторых, руководствуются принципом «после меня хоть потоп», в том числе в вопросах преемственности.

И тем не менее худшее, что Путин может сделать для страны и самого себя, — попытаться удержаться на своем посту с помощью политических манипуляций.

Если Путин останется во главе Russia Inc. после 2008 года, то страна получит лидера, вошедшего в последний этап жизненного цикла гендиректора, — стадию упадка. Признаки перехода к этому этапу проявились еще в 2005 году. Путин производит впечатление руководителя, все более сосредоточенного на себе; он все менее терпим к критике; все больше говорит о славном прошлом и все меньше — о будущем. Если такие тенденции сохранятся (что весьма вероятно, если он останется у власти), это разрушительно скажется на развитии России. Устаревшая структура ее экономики сохранится, коррупция еще больше возрастет, а инновации во всех областях прекратятся. Рано или поздно это приведет к серьезным экономическим проблемам, даже если цены на нефть останутся высокими. А если они упадут, Россию ждет жестокий кризис.

Помимо всего прочего, если на посту президента останется человек, эмоциональное и психологическое состояние которого ухудшается, несмотря на физическое здоровье, это нанесет травму общественному сознанию россиян, в особенности молодежи. Вернется традиционное скептичное отношение к реформам и недоверие к власти, творческая энергия населения будет угасать, а наиболее предприимчивые люди начнут покидать страну.

Третий президентский срок будет иметь крайне негативные последствия и для самого Путина. Легитимность его правления окажется под сомнением, и, следовательно, он бу-

дет зависеть от тех, кто помог ему остаться у власти. Он легко может стать заложником своей должности. Тогда он оставит по себе плохую память: кагэбэшник, который захватил власть, использовал демократию в своих интересах и забыл о ней, когда она стала не нужна. О его скромном вкладе в дело стабилизации быстро забудут, тогда как коррупцию и застой в Russia Inc. запомнят надолго. Если же Путин уйдет со своего поста и проведет демократические выборы, он останется в истории как гендиректор переходного периода, который возглавил корпорацию в трудные времена, сохранил ее и заложил основу для дальнейшего роста и развития, пусть даже при нем рост и развитие были не слишком значительными.

Жизнь после Путина

В 2008 году Путину предстоит не просто передать эстафетную палочку. Ему необходимо приложить большие усилия для того, чтобы после него Россию возглавил эффективный гендиректор. Значит ли это, что ему следует продвигать одного из своих протеже? Ни в коем случае! Лучшее, что может сделать Путин, — это уйти со своего поста, не подбирая себе преемника, а предоставив сделать это российским гражданам.

Парадигмы перемен. Первоначально популярность Путина основывалась на контрасте с его предшественником — Борисом Ельциным. В связи с этим возникает вопрос: должен ли будущий гендиректор Russia Inc. существенно отличаться от нынешнего?

Генеральные директора, успешно заменившие сильных и долго занимавших этот пост предшественников, обладают рядом общих характеристик, которые могут быть небесполезны будущему лидеру России. Многие из них были «внешними инсайдерами». Доскональное знание организации, которой им предстояло руководить, сочеталось у них с независимым, почти отстраненным взглядом на нее. Интересно, что и в истории России крупномасштабные перемены удалось осуществить подобным лидерам: Петру I, Екатерине II и Сталину. Все они хорошо знали ситуацию изнутри и в то же время имели возможность посмотреть на нее со стороны. Петр много времени проводил в Немецкой слободе, строил корабли и ездил за границу. Екатерина II, урожденная немецкая принцесса, приехала в Россию, когда ей было 15 лет. Она взошла на престол спустя 17 лет, успев изучить незнакомую культуру. Сталин был выходцем из самобытной Грузии.

Во многих случаях новичкам нужен опыт в той области, где должны произойти перемены. В мире бизнеса таким опытом обладали гендиректор General Electric Джек Уэлч («внешний инсайдер», не имевший отношения к основному бизнесу компании) и гендиректор IBM Лу Герстнер (пришедший в компанию со стороны). Петр I хорошо разбирался в промышленности, морском и военном деле; именно в этих областях страна добилась самого большого прогресса за время его правления. Екатерина II неутомимо изучала науку управления, дипломатию, философию и литературу и эти знания помогли ей реформировать административную систему, присоединить новые территории, сделать Россию мощной европейской силой и заложить основу для будущих достижений в науке и искусстве. Богословское образование помогло профессиональному революционеру Сталину пропагандировать преимущества марксистской

идеологии, создать мощный военно-промышленный комплекс и превратить Советский Союз в ядерную державу (правда, ценой страданий множества людей).

Стиль руководства, который нужен России. Какие качества позволят преемнику Владимира Путина поднять Russia Inc. на новый уровень эффективности?

С нашей точки зрения, новый президент должен владеть авторитетным (но не авторитарным) лидерским стилем, быть предприимчивым и харизматичным, поскольку россияне любят лидеров-исполинов. Стране нужен новатор и созидатель, поэтому человек, создавший с нуля (а не в результате приватизации) успешную и заметную компанию, будет иметь хорошие шансы на успех. В России хватает таких людей, например, Рубен Варданян («Тройка Диалог»), Сергей Петров («Рольф»). Эти предприниматели умеют формулировать цели, сплачивать подчиненных и вовлекать их в процесс реализации поставленной задачи, создавать гибкие, высокопроизводительные организации, при необходимости избавляться от устаревших структур. Они ставят долгосрочные интересы бизнеса выше своих личных потребностей.

Путин не использовал многие возможности для осуществления перемен в России, к счастью, некоторые из этих возможностей по-прежнему реальны. Одна из них называется Европейский Союз. Вместо того чтобы разглагольствовать о поиске национальной идеи, России нужно сделать то, что давно сделали восточноевропейские страны, — обратиться с просьбой принять Россию в члены этой организации. Провозгласив девиз «связать Россию с Европой», новый президент найдет отклик у значительной части населения (за исключением, наверное, нынешней политической элиты как общенационального, так и регионального уровня). А практически реализовав этот план (даже в случае отказа ЕС), он приведет российскую административную, юридическую и политическую системы в соответствие с требованиями XXI века. Безусловно, сама формулировка подобной концепции потребует от нового президента дальновидности и смелости. Даже величайшие идеи остаются лишь пустыми словами до тех пор, пока сам лидер не займется их воплощением. Чтобы увлечь россиян, ему придется стать ближе к народу, засучить рукава и, не боясь запачкаться, взяться за строительство новой России, как это сделал 300 лет назад Петр I и как делают сейчас многие российские предприниматели.

Новому гендиректору Russia Inc. придется быть новатором в подходе и решительным предпринимателем в исполнении, чтобы решить многие застарелые проблемы. Существующие парадигмы не позволяют найти выход из чеченского тупика; решить проблемы реформы армии, реорганизации систем образования и здравоохранения.

Новым генеральным директором не может стать человек, думающий о личном обогащении. Программа президента должна быть направлена на повышение конкурентоспособности страны, улучшение условий жизни и работы ее граждан и создание основы для долгосрочного роста. Одна из важнейших проблем, которую ему предстоит решить, — это искоренение коррупции. За последние 15 лет в России появилось много богатых людей, которые могут и должны сделать что-то полезное для всего общества — продемонстрировать, что политические лидеры бывают некоррумпированными и эффективными, и способствовать созданию новой, предпринимательски-ориентированной культуры в российской власти.

Это будет непростая задача, но в России немало успешных предпринимателей, которые больше всего в жизни любят преодолевать трудности. Покойный генерал Александр Лебедь как-то сказал: «Россия страдает от «синдрома динозавра»: голова маленькая, а тело гигантское. Пока сигнал о переменах дойдет от головы к хвосту, проходит много времени». Перемены в России требуют огромных усилий. Но это выполнимая задача, если ею займется профессиональная команда во главе с эффективным генеральным директором.

Что делают эффективные гендиректора:

• формулируют программу действий на перспективу включая видение конечной цели; • ставят трудные, но выполнимые конкретные задачи;

• координируют цели, стратегию и практическую деятельность;

• изучают конкурентов и вырабатывают стратегию, позволяющую компании держаться впереди; • подбирают команду соратников, разделяющих цели и ценности организации;

• воодушевляют подчиненных;

• несут ответственность за свои действия;

• прислушиваются к мнению последователей;

• создают условия для развития и роста подчиненных;

• создают атмосферу доверия (делая то, к чему призывают других);

• строят прозрачную организацию, ориентированную на клиентов;

• создают условия, в которых подчиненные действуют самостоятельно и несут персональную ответственность;

• добиваются, чтобы люди чувствовали себя хозяевами;

• поощряют инновации;

• осуществляют изменения;

• подчиняют собственное эго интересам компании;

• работают для обеспечения роста и развития компании после своего ухода с должности.

Насколько Владимир Путин эффективен как гендиректор Russia Inc.?

Должность гендиректора крупной корпорации — одна из самых сложных в современном мире. От человека, который выполняет эту роль, требуется сочетание разнообразных управленческих и социальных навыков и умений, широта взглядов, высокая скорость обработки информации и принятия решений, жесткость и эмпатия, стратегический взгляд и совершенство в исполнении. Успешный гендиректор играет по меньшей мере семь ролей. Во-первых, это главный исполнитель, обеспечивающий бесперебойное функционирование компании и достижение ожидаемых результатов. Во-вторых, он стратег, который создает собственную концепцию развития мира и бизнеса и на ее основе формирует долгосрочное видение и бизнес-модель компании. В-третьих, гендиректор выступает в качестве главного энерджайзера организации, придает смысл деятельности сотрудников, воодушевляет коллектив и направляет его на выполнение поставленных целей. В-четвертых, он наставник, который лично развивает своих подчиненных и наиболее талантливых сотрудников, делает из них эффективных бизнес-лидеров. В-пятых — новатор, разрушающий отжившие свой век ментальные и организационные модели: он избавляется от продуктов, активов, подразделений и сотрудников, которые перестали приносить пользу, и активно продвигает новое. В-шестых, это посол, представляющий и защищающий интересы компании вовне. Успешный гендиректор в состоянии совмещать столь разнообразные роли потому, что искренне заинтересован в долгосрочном процветании возглавляемой им компании и умеет подчинять личные интересы интересам организации, то есть играет седьмую роль — хозяина — даже если ему не принадлежит ни одной акции компании.