Работа как болезнь. Интервью c Владимиром Файнзильбергом | Большие Идеи
Управление временем

Работа как болезнь. Интервью c Владимиром Файнзильбергом

Анна Натитник
Работа как болезнь. Интервью c Владимиром Файнзильбергом

Они трудолюбивые и целеустремленные, преуспевающие и обеспеченные. Они занимают хорошие должности в крупных компаниях. Им бы наслаждаться жизнью и радоваться каждому дню. Но есть ли у них для этого время и силы? О синдроме менеджера, сражающем управленцев, «HBR —Россия» рассказал врач психиатр—психотерапевт доцент кафедры Института психоанализа, член Российского и Европейского психотерапевтического общества Владимир Файнзильберг.

Что такое синдром менеджера и чем он вызван?

Это комплекс заболеваний невротического плана, которые чаще всего поражают жителей мегаполисов; побочный эффект цивилизации, развития общества. Конечно, это не официальный диагноз — в международной классификации болезней его пока нет. Это некий обобщающий термин «внутреннего пользования», им уже лет десять оперируют психологи и психотерапевты. И называется он так потому, что этими специфическими неврозами страдают в основном управленцы среднего звена. То есть люди, у которых есть и начальники, и подчиненные и которые, следовательно, подвергаются как бы двойному давлению: и сверху, и снизу. Как правило, это молодые люди 25—35 лет с хорошим образованием и достаточно высокой зарплатой. Чтобы не выпасть из обоймы, чтобы не лишиться работы, им приходится много трудиться, задерживаться допоздна в офисе, прихватывать свое личное время — и все равно они хронически что-то не успевают и даже дома не могут отключиться от работы; и все равно их не оставляет страх потерять место. Ну и конечно, они в значительной степени зависят от ситуации на финансовом рынке. Из-за этого они пребывают в постоянном напряжении — физическом, психическом, психологическом.

Каковы симптомы заболевания?

Все начинается с неврастении, то есть ослабления нервных процессов. Потом подключается психастения — слабость психических процессов, которая выражается в резкой смене настроения, депрессиях, в том числе со склонностью к апатии и абулии (безразличию и отсутствию желания что-либо делать), повышенной раздражительности, вспыльчивости, бурной реакции на малосущественные раздражители. Например, я видел, как руководитель на совещании бросил в возразившего ему подчиненного хрустальную пепельницу. Потом он объяснил, что это была вспышка внезапной неуправляемой ярости. Следующий этап развития синдрома — невроз навязчивых состояний, у которого множество проявлений. Самые распространенные — клаустрофобия (включая страх перед наземным и подземным транспортом), боязнь грязных рук, страх высоты, публичных выступлений и т.д. И как результат всех этих страданий — психосоматические проявления: повышение артериального давления, нарушение сна, аппетита, ритма сердца, болезни желудка, поджелудочной железы, кишечника. Характерно, что многие, наблюдая у себя те или иные симптомы, не связывают свое состояние с психическими нарушениями. Например, однажды ко мне обратился очень успешный менеджер, который долго и безуспешно ходил по разным врачам. Он жаловался на учащенное сердцебиение, ощущение кома в горле, навязчивые страхи, в том числе за свою жизнь. Терапевты не нашли у него никаких патологий, потому что оказалось, что все дело в его работе.

Можно ли сказать, что этому синдрому в большей степени подвержены представители тех или иных профессий или жители тех или иных стран?

Особенно ярко он проявляется у представителей банковской сферы — да и вообще всех сфер, связанных с экономикой и финансами. Там бывают очень тяжелые случаи. Один мой пациент — он четыре года занимался кредитованием физических лиц — был вынужден оставить работу в банке и подыскать себе более спокойное место. Только тогда его состояние нормализировалось — ни медикаментозное лечение, ни психотерапия ему не помогали. Как ни парадоксально, этот синдром часто поражает и сотрудников компаний, специализирующихся на разработке программного обеспечения. Однако дело не только в отрасли, но и в том, по каким правилам живет организация. Например, я знаю несколько фирм, где ввели ежеквартальную аттестацию сотрудников. Поскольку от ее результатов стала зависеть зарплата, люди начали нервничать, впадать в панику. У меня был пациент, которому каждый раз во время аттестации требовалась серьезная психологическая помощь. Если говорить о национальных особенностях, то синдром менеджера чаще всего встречается у жителей развитых стран, где много крупных компаний. Например, в Японии — там велика конкуренция, а права служащих, особенно государственных, сильно ограничены, или в США. А вот в Израиле он проявляется куда реже. Израильтяне ежедневно сталкиваются с угрозой терроризма и вооруженных конфликтов и потому, наверное, пытаются прожить жизнь как можно полнее, реагируют на все гораздо эмоциональнее, не держат ничего в себе и таким образом снимают внутреннее напряжение.

А если говорить о гендерных различиях: мужчины и женщины в равной мере оказываются жертвами синдрома?

советуем прочитать
Войдите на сайт, чтобы читать полную версию статьи
советуем прочитать
Гендерный разворот
Бершев Сергей
Работа пуще неволи
Денис Песков
Пять принципов адаптивного лидерства, которые помогут в кризис
Аркебе Окубуй,  Бен Рамалингам,  Дэвид Набарро,  Лени Уайлд,  Рут Карналл