Как выступать перед камерой и быть собой | Большие Идеи

・ Коммуникации

Как выступать перед камерой и
быть собой

Советы тем, кто участвует в съемках

Авторы: Андрей Скворцов , Наталья Журавлева

Как выступать перед камерой и быть собой
Фото: Laura Lee Moreau / Unsplash

читайте также

Управление гиперростом

Изосимов Александр

Дополнительный отпуск как тайный источник силы

Тони Шварц

Что делать, если вы чувствуете себя самозванцем

Сьюзан Пепперкорн

Как стать понимающим руководителем

Скотт Бисон

От редакции. Мы продолжаем серию публикаций о правилах создания обучающих видео для корпоративных целей, написанную создателями образовательного видеосериала для HR-специалистов — «HR4HR». Предыдущие части:

1. Какой длины должно быть обучающее видео;

2. Как определить свою аудиторию;

3. Как рассказывать истории;

4. Что важно знать об аргументации.

Итак, в предыдущих частях мы уже обсудили вопросы, связанные с длительностью видеороликов, их визуальным наполнением, драматургией и аргументацией. Пришло время поговорить о том, как добиться живого и естественного поведения спикера в кадре.

Конечно, нам хотелось бы, чтобы спикеры выглядели обаятельными, увлеченными — такими, как в жизни. Но съемка на камеру (в нашем случае даже на четыре) — это стресс, ответственность, «все увидят». Надо казаться умным, солидным. Да еще желательно не забыть текст. Все это ведет к неестественности. Как быть? Мы использовали три приема. Первый — работа без суфлера. Второй — система Станиславского для оратора. Третий — псевдоинтервью.

1. Работа без суфлера

Мало людей, даже профессиональных дикторов, умеют так читать суфлер (устройство, которое показывает текст на фоне камеры), чтобы возникало ощущение живого рассказа. Да и написать текст таким образом, чтобы он звучал как живой, разговорный, очень сложно: не случайно диалоги для сериалов создают отдельные авторы, которые долго учатся этому мастерству.

Мы решили отказаться от суфлера. Но наши ролики длинные, а 15 минут — это четыре-пять страниц текста. Учить все наизусть? На это требуется много времени, а оно у руководителей стоит очень дорого. Поэтому мы взяли на вооружение еще три приема.

Во-первых, мы старались, чтобы текст был как можно более структурным. Да, запомнить все сложно — но и не нужно. Следует выучить только структуру и дальше развивать ее примерами, цифрами и историями. У нас структура в общем виде выглядела так.

Завязка, то есть история о том, как мы столкнулись с проблемой, и, возможно, доказательство того, что это не уникальный случай.

Шаги, которые надо сделать, чтобы преодолеть проблему.

Финал, то есть завершение истории, в котором описано успешное решение проблемы.

Фактически спикеру надо было запомнить лишь «шаги» — а уж истории, пережитые им лично, он мог рассказать без всякого суфлера. Четкая структура в голове — и человек уже не собьется с пути. Конечно, в реальности структура могла выглядеть проще или сложнее, но в любом случае она представляла собой «карту» рассказа.

Метафорически это можно объяснить так: представьте себе, что вам надо рассказать о своей квартире. Вы помните число комнат и знаете, что в каждой из них вам надо описать один-два предмета. Дальше остается только «переходить» из комнаты в комнату. Заблудиться очень трудно — если только вы не живете в огромном замке, но ведь и замок можно поделить на удобные для осмотра зоны.

Во-вторых, структуру-план мы писали на флипчарте, а его в свою очередь размещали напротив спикера. Там же мы указывали важные цифры или условные названия историй. Одни рассказчики сами готовили себе такие памятки, для других это делали консультанты по контенту (авторы этой статьи).

В-третьих, мы иногда останавливались и помогали спикеру. У нас не прямой эфир, а запись с возможностью монтажа. Поэтому мы могли сделать паузу, что-то обговорить, о чем-то напомнить, задать уточняющий вопрос.

Кстати, чтобы можно было в любой момент вставлять или убирать куски видео без эффекта «дергающегося спикера», необходимо снимать минимум на две камеры, средним и крупным планом: чередуя их, можно сделать «чистые» монтажные склейки.

В нашем случае подготовка спикера заключалась в основном в создании содержания. Опытные рассказчики обычно не волнуются настолько, чтобы заранее репетировать свое выступление. Мы поняли, что с такими людьми хорошо работает формула «три встречи с интервалом в четыре-семь дней». На первой встрече человек размышляет вслух о том, что он хотел бы сказать. Занятым людям необходимо дать время подумать и запустить «мыслительный процесс» — это и происходит на встрече. Затем спикер самостоятельно (или общаясь с коллегами) вспоминает примеры, аргументы, продумывает структуру. Часто это случается как бы между прочим — в машине, перед сном, на отдыхе. На вторую встречу человек приходит уже с предложением по структуре. Сценарист дает ему обратную связь и предлагает свои идеи. Третья встреча — репетиционная. В формате публичного выступления она была бы необходима, но в режиме записи, когда можно остановиться, подумать, а лишнее вырезать на монтаже, многие обходятся и без нее. У спикеров такая схема работы оставляет приятное впечатление: они готовятся, но без стресса и не в одиночку.

2. Система Станиславского для оратора

Не претендуя на полное понимание и тем более использование всей системы, мы, тем не менее, прибегли к некоторым ее приемам, чтобы помочь спикеру выглядеть живо и погрузиться в материал, а не в стресс. И вновь мы достигали этой цели исключительно за счет правильной подготовки контента. Здесь есть три принципа. 

Первый — необходимо ощущать сверхзадачу. Спикеры должны четко понимать, кого и от чего они спасают (мы даже оставим это слово без кавычек) своим сообщением. Поиск по-настоящему глубокой, важной, волнующей проблемы иногда занимал недели, но как только мы ее находили, все становилось на свои места. Каждый прожил со своей темой не один год, количество побед и поражений на этом пути не давало человеку оставаться равнодушным. Иными словами, правильная формулировка темы для рассказчика имела огромное значение.

Второй — спикер должен «действовать», то есть бороться с проблемами. Качественная драматургия, о которой мы говорили в прошлой статье, помогала рассказчику: проблемы были болезненными, препятствия — трудными, а значит, человек мог увлечься борьбой с ними прямо в кадре и описывать события живо, эмоционально, искренне. Как говорят актеры, «здесь было что играть» — только в нашем случае даже не играть, а проживать перипетии по-настоящему.

Третий — следует использовать «киноленту видения» (подробнее об этом см. здесь). Этот прием (или даже «эффект»), открытый Станиславским в начале ХХ века, впоследствии был подтвержден нейробиологами. В частности профессор Калифорнийского университета в Сан-Диего Вилеайнур Рамачандран экспериментально установил, что человек, проигрывающий в воображении волнующую его сцену, переживает те же эмоции, которые он испытывал бы, наблюдая ее в реальности. Вот как описывает этот эффект театровед, президент Школы-студии МХАТ Анатолий Смелянский: «Кинолента видений — прием психотехники, помогающий актеру ''видеть'' то, о чем говорит герой, подключая опыт своей жизни. …Это делает актерскую игру непредсказуемо увлекательной, сложной, живой, позволяя совершить главное: органически вырастить в своей душе сценический образ».

Как включить «киноленту видения» у спикера? На репетициях и особенно во время записи говорящие старались увидеть в воображении детали историй, о которых они рассказывали. Когда им это удавалось, речь и жесты получались живыми — ведь люди забывали о съемке, о камерах, о стрессе и жили (в воображении, конечно) внутри своей истории. Самыми яркими оказывались те фрагменты роликов, в которых спикеры вспомнили какие-то «мелочи» — например «самый высокий этаж» в рассказе о встрече у президента банка или внешний вид кандидатов-айтишников. Это веселая и увлекательная игра очень нравилась и самим спикерам.

3. Псевдоинтервью

Актеры знают, как важно на сцене взаимодействовать с партнером: он реагирует на наши слова и своей реакцией провоцирует нас на живые эмоции.

Откуда же было взяться партнеру у нас, если формат ролика подразумевал монолог? Все просто: около камеры (почти на оси съемки) сидел один из авторов этой статьи и реагировал (иногда умышленно гипертрофированно) на все, сказанное спикером. Получался беззвучный диалог. «Да ладно?!» — удивлялся партнер. — «Да, да, и я вам скажу больше!» — возбужденно отзывался рассказчик. В результате спикер выглядел искренним и увлеченным — и камера это фиксировала. Кстати, даже если окажется, что спикер смотрит не в камеру, а чуть вбок, но при этом говорит с энтузиазмом, ничего страшного — это лучше, чем смотреть в камеру и занудно читать текст.

Если вам когда-нибудь придется работать исключительно на камеру, без партнера, имейте в виду: это куда сложнее. Придется представлять себе, «визуализировать в воображении» не только детали историй, но и человека, к которому вы обращаетесь, «видеть» его сомнения, удивление, смех. Только так можно, по выражению опытных телеведущих, «пробить экран», то есть общаться со зрителем, как с живым собеседником. Это непросто и требует опыта и определенных навыков. Работать с партнером намного проще — именно поэтому так популярен жанр интервью: в нем гость может быть максимально естественен.

Как нам кажется, живые, неподдельные эмоции спикеров — несомненная удача нашего проекта. И особенно приятно, что родились они не случайно, а в результате продуманных действий как самих выступающих, так и консультантов.

Окончание следует

Об авторах. Андрей Скворцов — директор коммуникационной компании «Меркатор», преподаватель ораторского мастерства, телеведущий. Наталья Журавлева — кандидат психологических наук, начальник управления развития и карьеры ПАО Сбербанк.